Экзамен с двойным дном

О том, что с приходом единого государственного экзамена высшее образование победит коррупцию, апологеты ЕГЭ твердили неоднократно. Ради этой высокой цели были потрачены миллионы бюджетных средств, сил и нервов. Вузам, выпускникам, а также их родителям пришлось встать в позу, удобную для чиновников от науки. Некоторые из них были настолько убедительны, заверяя общественность в чудодейственных свойствах единого экзамена, что многие поверили: а вдруг поступление в высшие учебные заведения и впрямь станет объективным и честным? Однако в нашей стране не было и, наверно, еще долго не будет такого изобретения, из которого люди со смекалкой да с выдумкой не смогли бы найти выхода…

Дорогие баллы

Не успели чиновники бодро отрапортовать об успехах и «мелких огрехах» перешедшего в штатный режим экзамена, как в Саратове на крупной взятке попался…ответственный секретарь СГУ имени Чернышевского, доцент Михаил Плешаков. Как гласит официальная версия следствия, "воспользовавшись пробелами в современной системе сдачи вступительных испытаний при проверке ответов с помощью компьютерных программ, секретарь завысил в экзаменационных ведомостях итоговые баллы абитуриента по каждому предмету". В результате вместо набранных 110 баллов в экзаменационной ведомости ответсек указал 190 баллов, что "решающим образом повлияло на поступление". При получении взятки в сумме… 100 тысяч рублей он был задержан сотрудниками правоохранительных органов, на него было заведено уголовное дело.

Как рассказала "Взгляду" начальник отдела СК СУ областной прокуратуры Ангелина Подпалова, в данном случае речь идет не о ЕГЭ как таковом, а о вступительном испытании на базе вуза. От единого экзамена оно отличается тем, что оценки, точнее баллы, выставляются не в Москве, а прямо в вузе. Вузам было позволено проводить такие экзамены, если абитуриент является выпускником прошлых лет, когда ЕГЭ еще не сдавали. Абитуриент, "сдавший" Плешакова, как раз окончил школу несколько лет тому назад и результатов ЕГЭ не имел. Он поступал на 1 курс заочного отделения бюджетной формы обучения.

"Испытание хотя и было внутривузовским, но осуществлялось по аналогии с ЕГЭ, – рассказывает Ангелина Геннадьевна. – Сначала бланки с ответами абитуриента сканируются и вводятся в компьютер. Специально разработанная компьютерная программа их проверяет и выдает баллы. Потом эти баллы сохраняются на дискету и попадают к ответственному секретарю, и он видит у себя на мониторе, сколько баллов набрал абитуриент. Далее ответсек вслух диктует баллы сотрудникам шифровальной группы, которые с его слов вписывают их в экзаменационную ведомость…"

По словам Подпаловой, ответсек "просто внаглую" диктовал шифровальщицам завышенные баллы: "Этот метод не только не исключает коррупцию, а наоборот, создает почву для нее. Старая схема сдачи экзаменов комиссии, состоявшей, как правило, из трех преподавателей, в большей степени исключала коррупцию, поскольку предполагала подкуп большего числа заинтересованных лиц. А тут получается, один ответсек сидит и диктует, что в голову взбредет…"

Похоже, запрошенная сумма сто тысяч рублей показалась поступавшему чрезмерной, и он обратился в прокуратуру с заявлением, ставшим основанием для следственных действий. Проверить объективность оценок для следствия не составило труда, поскольку бланки с ответами сохранились. "Мы отсканировали их заново, проверили, и, естественно, компьютер выдал нам 110 баллов, а не 190, как в экзаменационной ведомости", – рассказывает следователь. Если раскинуть 110 баллов на три экзамена, получится, что абитуриент два экзамена сдал максимум на тройку и один – на твердую двойку. Понятно, что поступить с такими результатами нельзя было даже на заочное отделение, даже при супернизком конкурсе.

Удар по имиджу

Любопытно, что Михаила Плешакова задержали при передаче денег еще в августе, то есть непосредственно в период вступительной кампании. А известно об этом широкой общественности стало лишь в конце октября. Получается, что почти два месяца факт задержания не афишировался. Нерешительность следственных органов можно понять: все-таки речь идет о престиже классического университета, который долгое время считался оплотом высоких ценностей, храмом науки. Обвинение предъявлено по ст. 290 ч. 2 "Взятка", предусматривающей максимальное наказание до 7 лет лишения свободы. Сейчас дело находится на подписи у прокурора, после чего будет передано в суд.

По мнению следователя, прореха в системе вступительных экзаменов вызвана еще и тем, что в СГУ не были сформированы внутренние нормативные документы, регламентирующие действия каждого сотрудника секретариата. И не были закреплены четко обязанности и ответственность. Но зато была сформирована практика, которая закончилась так, как закончилась. "Если бы такие документы были, это, конечно, не исключило бы коррупцию, но я думаю, сотрудники вуза относились бы ко всему осторожнее", – предполагает сотрудница СУ СКП.

Еще одну причину случившегося Подпалова видит в отсутствии в вузе ротации кадров: "По-хорошему, ответсек должен меняться раз в два года, а Плешаков занимал эту должность с 2006 года. Ну и, видимо, расслабился, потерял нюх…"

Еще аргумент не в пользу ЕГЭ: одним из козырей разработчики называют его анонимность. Но несложный анализ показывает, что анонимность, если и существует, то лишь до поры до времени: "В бланке, который выдается абитуриенту, вместо фамилии стоит шифр, поэтому во всех вузах существуют шифровальные группы, – делится опытом следователь. – И вот им-то фамилии абитуриентов хорошо известны. Например, они знают, что вот этот бланк подготовил абитуриент Иванов, присваивают этому бланку шифр, и компьютер проверяет его уже по номеру шифра, без фамилии. Но фактически работы все равно не анонимны – их можно легко дешифровать, что, собственно, и происходит при выдаче сертификата, когда баллы сводятся воедино. Сертификат выдает не компьютер, к нему прикладывают руку люди. А наши люди лазейку всегда найдут. Так что ЕГЭ – это далеко не идеальная система, скорей наоборот…"

"А" и "Б" сидели на трубе…

Подпалова уверена: инцидент в СГУ, хотя и не касался ЕГЭ напрямую, - не просто рядовой случай, а прецедент в масштабах страны, ставящий под сомнение объективность единого экзамена как такового. У ярого сторонника и защитника ЕГЭ, директора физико-технического лицея №1 Гарри Татаркова позиция прямо противоположная. Он считает, что случай в СГУ напротив говорит об объективности ЕГЭ: "На недавнем заседании областной Общественной палаты ректоры саратовских вузов не зря выступали за то, чтобы им отдали на откуп хотя бы один экзамен. И в данном случае мы имеем дело с ситуацией, когда вузу какая-то категория лиц на откуп была отдана. И вот сразу пример необъективности. Что касается ЕГЭ общероссийского, то там механизмы совсем другие. Там прямой заинтересованности и прямого пути для коррупции не существует. Большинство баллов фиксируется в общероссийской электронной базе данных, и изменить это уже никак нельзя. А вот пример с СГУ, по моему мнению, показывает только одно: для того чтобы эти местечковые безобразия убрать, надо категорически запретить вузам проводить свои внутренние экзамены. Вузам, давайте уже честно скажем, на данном этапе доверять нельзя. Сколько бы они ни клялись в своей святости…"

Большинство баллов, о которых говорит директор ФТЛ, - это баллы, полученные за части "А" и "Б", их проверяет компьютер в Москве. Но есть еще часть "С", которую проверяют комиссии на местах. Это ли не лазейка?

К сожалению, многочисленные попытки получить комментарии в областном минобразе успехом не увенчались. Нас долго "футболили" из одного комитета в другой, не в силах выяснить, кому же были отписаны присланные нами вопросы. Не удалось добиться комментариев и у коллег из Саратовского социально-экономического университета, ранее охотно разъяснявших нам все особенности ЕГЭ. Зато Саратовский технический университет откликнулся охотно. На вопрос, не пугает ли их случай в СГУ и какие выводы они намерены сделать, секретарь приемной комиссии вуза Алексей Перегудов ответил, что повода для волнений у политеха нет: "Мы от этого ушли семь лет назад, когда ввели компьютерное тестирование. Оно отличается от тестирования в СГУ. У нас работа абитуриента распечатывается, абитуриент и все члены комиссии на ней расписываются, поэтому изменить оценку невозможно. В СГУ работа так и остается в электронном виде, и в этом принципиальная разница…"

Честно говоря, никакой принципиальной разницы между распечатанной и нераспечатанной работой мы не видим. Разве что-то мешает при желании "поправить" оценки, пока работа находится в электронном виде? И даже если работа распечатана, и комиссия на ней расписалась, это не значит, что при наличии заинтересованности она не может расписаться на ней повторно…

"Что до ЕГЭ, – продолжает ответсек, – то тут результаты стекаются в федеральный центр тестирования. Когда человек приходит к нам поступать, мы в первую очередь проверяем его сертификат по федеральной базе. Если в результатах ЕГЭ что-то и возможно изменить, то только на федеральном уровне. У Москвы ведь самой работы абитуриента как таковой нет, стоят электронные баллы. Естественно, их можно сменить. Кто это может сделать? Тот, кто имеет доступ к базе на федеральном уровне. Мы на уровне обычного провинциального вуза результаты ЕГЭ изменить не можем…".

По стране известно много случаев нарушений процедуры приема вузами абитуриентов с ЕГЭ. Как рассказала на недавнем совещании в облправительстве прибывшая в Саратов глава Рособрнадзора Любовь Глебова, во многих регионах прошли проверки, некоторые ответственные чиновники лишились своих постов. Саратов с точки зрения большой статистики относится к благополучному региону, массового жульничества зарегистрировано не было.

Деньги – школам

Между тем, есть подозрения, что отнятая у вузов возможность проводить "своих" все больше и больше будет переходить на уровень школ. Должна же найтись возможность для сотен родителей, готовых за любые деньги пристроить свое чадо в престижный вуз. Как стало известно «Взгляду», в настоящее время в производстве ГУВД по городу Саратову находится дело о мошенничестве, имевшем место в средней школе №67. В махинации подозревается учитель школы Татьяна К.. Якобы она собирала с родителей деньги, обещая, что ребенок получит высокий балл по ЕГЭ. Когда выяснилось, что оплата никак не повлияла на результат, родители заподозрили, что их обвели вокруг пальца.

Одной из дополнительных возможностей для школ стала практика досдачи ЕГЭ или так называемая вторая волна поступления. Базы для проведения дополнительных ЕГЭ определялись региональным минобразом и размещались, в основном, в школах.

Поговаривают, что некоторым абитуриентам даже советовали не сдавать в общем потоке, а ждать дополнительного, поскольку договориться там будет легче. Кто знает, возможно, даже сами базы досдачи назначались с учетом сговорчивости директоров. Нам так и не удалось добиться у министерства образования полного списка таких учреждений. Известно лишь, что, например, химию и биологию ученики досдавали в той самой школе №67. Но делать скоропалительные выводы мы не будем. Подождем, как будет развиваться ситуация.

Подпишитесь на наши каналы в Telegram : заходите - будет интересно

Вы можете прислать сообщения, фото и видео в наш телеграм-бот @Vz_feedbot