Игумен Нектарий (Морозов): «Прикасаться к святыне нужно сердцем»

Принесение в Россию Пояса Пресвятой Богородицы привело к колоссальному всплеску религиозного чувства в стране. Люди готовы были отстаивать километровые очереди ради возможности прикоснуться к святыне. В попытках проанализировать мотивацию людей наблюдающие за процессом со стороны журналисты перехитрили самих себя. Услышав, что Пояс имеет чудесную силу исцелять от женского бесплодия, кто-то сделал вывод, что главная цель многочасового стояния в очереди связана с желанием получить «медицинскую услугу», и на полном серьезе ругал российский минздрав за «недоработки в части сбережения женского здоровья». Другие пошли еще дальше, обвинив три миллиона своих соотечественников в средневековой замшелости. Наиболее «догадливые» заявили, что принесение в Россию Честного Пояса – политическая акция, призванная консолидировать народ перед выборами. Почему взгляд на важнейшие церковные события оказывается столь поверхностным и в чем подлинный смысл почитания святынь в Православии? Настоятель саратовского храма в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали» игумен Нектарий (Морозов), сам в прошлом журналист, хорошо знает, как создаются медийные мифы и как они же впоследствии развенчиваются.
 
ПРОСТОЯТЬ РАДИ РЕКЛАМЫ?
 
  – СМИ уверяют, что массовое паломничество к Поясу Богородицы  превратилось в подобие светской пиар-акции со всеми ее атрибутами – ажиотажем, перекрытием улиц, пробками. И что все эти вещи девальвируют смысл происходящего, являются чем-то несовместимым с религиозным чувством, со святыней. Насколько оправданы такие обвинения и стоит ли ими смущаться?
  – Я не уверен, что в современном мире можно сделать какое-либо общее дело, которое не было бы «девальвировано негативными проявлениями». Таково несовершенство общества, людей и в целом мира. Поэтому переживать, что кто-то воспринимает происходящее как некое подобие рекламной акции, не стоит. Сейчас стали говорить о том, что в Москве уже давно пребывает небольшая частичка Пояса Божией Матери в храме Илии Обыденного, который находится в десяти минутах ходьбы от храма Христа Спасителя, и недоумевать, почему никто из паломников туда не устремлялся. Но причина очевидна – люди просто не знали. И это вполне естественно, было бы странно, если бы СМИ публиковали на эту тему рекламные объявления. А когда к нам прибывает какая-то великая святыня, которая находится за пределами нашего Отечества, то об этом обязательно будут писать и говорить. И волей-неволей ажиотаж возникает.
  Но большинство людей пришли туда не из-за желания на что-то поглазеть или посчитать, сколько человек в минуту проходит через арку с ковчегом, а потому, что их привело живое религиозное чувство, смысл которого заключается в том, что переживает верующий человек в своем сердце. Отстоять сутки на холоде просто ради участия в рекламной акции очень сложно. У нас в советские времена за самыми дефицитными товарами столько никто не стоял. Почему? Да потому, что оно того не стоило. А если человек столько времени на морозе проводит, значит, его сердце от него этого требует.
  – Много шума наделали случаи прохождения без очереди высокопоставленных чиновников. В прессе появились провокационные заголовки о том, что власть в России оказалась ближе к Богу, чем народ…
  – Людям бросаются в глаза негативные факты – спецномера на машинах, вип-приглашения, с которыми никто толком не разобрался, есть они или нет. Однако объективно – есть категория чиновников, которые пользуются услугами Федеральной службы охраны и в очереди стоять не могут по соображениям безопасности. Я не исключаю, что среди людей, прошедших к ковчегу не на общих основаниях, были и лица, не подпадающие под категорию охраняемых. Однозначно для них было бы полезнее постоять в очереди, но все это совершенно неважно, потому что не это главное впечатление, которое можно и нужно вынести из того, каким образом происходит поклонение. Мне не пришлось в это время быть в Москве, я поклонился Поясу Богородицы в Самаре, могу сказать, что лично я за несколько часов, что мы стояли в очереди, замерз до такой степени, что не знаю: если бы пришлось простоять еще с полчаса, то выдержал бы я или нет? А ведь там были люди, гораздо старше и немощнее меня, и, тем не менее, они стояли. И в этом, безусловно, есть некий элемент и подвига, и жертвенности.
 
НЕ НАДО АВТОМАТИЗИРОВАТЬ
 
  – Вы говорите о подвиге, а московская газета «Ведомости» видит в этом всего лишь элемент моды и коллективного бессознательного. А еще иррациональной надежды на чудо и возможности исцелиться…
  – Я не могу представить себе три миллиона человек, из которых каждый пришел только ради чуда и возможности исцелиться. Три миллиона наших соотечественников прикоснулись к Поясу Божией Матери – это что, все женщины, страдающие от бесплодия? Да нет. Там же стояли и мужчины… И не надо это автоматизировать, превращать в механический процесс. Чудеса творит живой Бог, чудеса происходят по молитвам Божией Матери и святых угодников Божиих. Но источник чудес – это не Пояс, не икона и не какая-то иная святыня. Другое дело, что когда человек к ней прикасается, открываются какие-то потаенные двери его собственного сердца, и Господь получает возможность войти в жизнь этого человека и что-то в ней изменить. Вот это и становится чудом, его-то одного и стоит искать при прикосновении к святыне.
  О моде можно было говорить в начале девяностых. Если кто-то говорит, что это мода, тогда надо признать, что на Православие уже 20 лет мода и никак она не проходит. У нас редко что-то бывает в моде так долго.  То же самое и с коллективным бессознательным – не надо считать людей хуже, глупее, примитивнее, бессознательнее, наконец, чем они есть на самом деле.  Для журналиста и издателя это как минимум невежливо, а на самом деле еще и очень неумно.
  – Есть мнение, что феномен массового почитания святынь свидетельствует о не очень хорошем состоянии нашего общества и о том, что российские люди трудно живут. В обычной жизни они своих проблем решить не могут, потому отправляются искать помощи у святыни, которая становится для них своеобразной отдушиной. Есть ли логика в таком размышлении?
  – На самом деле человеку негде искать прибежища, кроме как у Бога. В трудные исторические периоды число людей, ищущих помощи Божией, всегда увеличивается. Только когда журналисты светские пишут об этом, они видят такую связь: жить стало плохо, и поэтому больше людей стало искать чуда. А связь гораздо более глубокая, обратная: от того, что большинство людей живут, о Боге не вспоминая, и становится так трудно и тяжело жить. А что люди после этого к Богу все-таки обращаются, так в этом и есть некая надежда на то, что жизнь к лучшему все же изменится.
  – Но ведь наверняка не все решившие поклониться святыне россияне пришли именно к Богу. По-настоящему верующих, живущих церковной жизнью людей единицы…
  – Я думаю, что не стоит изобретать инструменты, измеряющие вполне или не вполне люди приходят к Богу, когда они стремятся поклониться святыне. Чтобы это понять, надо забраться внутрь сердца каждого отдельного человека и произвести исследование, что в его сердце находится. Такое исследование может предпринять только сам человек, и помимо него содержание его сердца ведомо лишь Богу. Никакому внешнему наблюдателю этого никогда не понять. Ни по поведению человека, ни по его словам нельзя сделать некий окончательный вывод относительно жизни его сердца. Все эти наблюдения носят теоретический характер, а практический имеют разве что наблюдения священников, которые знают, что каждый раз после того, как такая великая святыня прибывает в город, в храмах появляются люди, которые неожиданно для себя самих обращаются к церковной жизни. И не эпизодической, а постоянной.
ПО ЗАКОНУ ЛЮБВИ
 
  – Многие жалуются, что им хочется сосредоточиться перед святыней, но из-за большого количества паломников это бывает невозможно. Стоит ли расстраиваться?
  – Я был в свое время в монастыре Ватопед, и там мне довелось поклониться Поясу Пресвятой Богородицы. И надо сказать, что это событие не запомнилось мне как чрезвычайное, я просто об этом помнил. А когда мы поехали в Самару и я стоял продрогший в очереди, то я чувствовал ту радость и удивительную сердечную легкость, которую не ощущал в своей жизни давно. И я не думаю, что это мой уникальный опыт, это опыт большого количества людей. Поэтому весь вопрос не в том, в тиши ли совершается это поклонение или на людях, а в том, с каким сердцем человек к этому поклонению пришел.
  – Когда в результате принесения святыни или Крестного хода в городе перекрывают улицы, часто приходится слышать нарекания в стиле «опять эти попы чего-то затеяли, а я не могу домой попасть». Что тут можно ответить?
  – Это понятно, что «попы затеяли». Но на улицу вышли люди, у которых есть в «затеянном» потребность. Если человек не может попасть домой из-за того, что улица перекрыта, то, наверное, он, несмотря на это, должен отдать какую-то элементарную дань уважения людям, которые живут с ним в одном городе. Это же не каждый день происходит, значит, это как-то можно потерпеть. Тем более что в Москве во время последних мусульманских празднеств кто-то карабкался на ограду православного храма и оттуда кричал «Аллах акбар», людей, которые проходили мимо, разували, заставляли босиком идти по улице достаточно холодной осенью. И особых жалоб на это почему-то не было…
  – В телерепортаже одна стоящая в очереди женщина, когда ее спросили, зачем она пришла, сказала, что пришла загадать желание. В чем на самом деле смысл поклонения святыне и чем он отличается от магического отношения к этому явлению?
  – Есть люди, испытывающие чувство любви, а есть либо еще не испытавшие его, либо утратившие эту возможность. И вот для таких людей совершенно непонятны действия, которые другие люди по любви совершают. Когда по любви жертвуют собой, готовы отказаться от чего-то по-настоящему важного и дорогого для них, часами стоять на улице в ожидании любимого человека… Никогда не любившему бывает непонятно, почему другие люди бережно хранят вещи, подаренные близкими, друзьями, возлюбленными, порой достают их, целуют, держат в руках…
  Когда мы поклоняемся святыне, здесь тоже действует закон любви, только любви духовной. И если не все люди понимают абсолютно правильно с богословской точки зрения смысл поклонения, это вовсе не значит, что все они считают фетишем ту святыню, к которой пришли. Когда человек безнадежно больной приходит и стоит 20 часов, Господь не  будет смотреть на глубину его богословских познаний, степень его церковности и даже, в какой-то степени, чистоту его жизни. Он будет смотреть на то, насколько этот человек смог, несмотря ни на что, возложить на Него свою надежду, увидеть в Нем Бога любви.
Беседовала
Елена БАЛАЯН
Фото Юлии РАКИНОЙ

  Полностью версию интервью читайте на сайте «Воцерковление»: www.vocerkolenie.ru

Подпишитесь на наши каналы в Telegram : заходите - будет интересно

Вы можете прислать сообщения, фото и видео в наш телеграм-бот @Vz_feedbot