Колбаса вместо свободы

Избирательные новации последних лет: отмена выборов губернаторов и выборов по одномандатным округам в Госдуму, повышение барьера проходимости, отмена порога явки, ликвидация графы «против всех», привели к тому, что в саратовском законодательном органе фактически «просело» право-либеральное крыло. Процесс вымирания либералов шел постепенно и укладывался в общероссийскую тенденцию. Остались ли в Саратове либералы? Каковы их перспективы и были ли у них вообще когда-нибудь шансы на крепкие позиции в региональной политике? Эти вопросы по просьбе «Взгляда» прокомментировали саратовские демократы первой волны, а также действующие политики Саратовской области.
 
«КРАСНЫЕ» КОРНИ ЛИБЕРАЛОВ
 
  Появление либерального движения в Саратовской области уходит корнями еще в позднесоветские времена. В 1985 г. глава советского государства Михаил Горбачёв объявил о начале масштабной перестройки с целью демократизации политической системы. Хотя главную задачу Горбачёв видел в реформе экономики, на практике его основные усилия оказались направленными на отстранение КПСС от тотального контроля над всеми ветвями власти. Появление возможности для многопартийности фактически открыло дверь как для российских, так и для саратовских либералов.
  В 1989-1990 годах в Саратове было несколько организаций, которые представляли демократическое направление. Именно из этих объединений вышли демократы первой волны: Зацепилин, Ахтырко, Макаров – из «Городского клуба избирателей», Захаров и Никитин – из «Народного фронта», Пицунова и Карпов – из «Комитета 11 февраля».
  Значимое проявление в политике саратовских либералов связано с деятельностью общественного движения «Демократическая Россия», из которого впоследствии образовалась политическая партия «Демократический выбор России».  В масштабах страны «Демократическая Россия» объединяла миллионы людей. Наиболее яркими ее представителями в Саратовской области в начале 90-х годов, по мнению большинства очевидцев тех событий, были Валерий Давыдов и Владимир Южаков, которые как политики проявили себя уже во второй половине 90-х годов. «Южаков был видной фигурой освободительного движения в Саратове 90-х. Вместе с Давыдовым я ездил в Аткарск создавать местную организацию «Демократической России». Это было летом 1990 года. Могу заверить, что люди записывались в эту организацию добровольно и охотно, был массовый прилив, что называется, «простых людей». Приезжали из деревень. В местном Доме культуры, где мы все это проводили, яблоку было негде упасть», – вспоминает историк, писатель и экс-редактор газеты «Богатей»  Владимир Горбачев. В Саратове штаб-квартира местных демократов находилась, по его словам, в институте «ВНИПИ Информбутек»  на Ильинской площади: «Там была тогда, можно сказать, штаб-квартира саратовских демократов. Мы собирались, обсуждали события, писали заявки на митинги, листовки, воззвания. Это был такой саратовский Смольный».
  По мнению регионального лидера партии «Яблоко» Дмитрия Коннычева, все либералы или демократы любых оттенков в Саратове вышли именно из движения «Демократическая Россия».
  Оппозиционно настроенных к коммунистическому режиму людей тогда называли диссидентами, потому что большинство демократических объединений той поры использовало агрессивную риторику. Они выступали за слом действующей партийной и государственной системы, против привилегий номенклатурщиков. До определенного момента эти люди были внесистемной оппозицией. Их митинги запрещали и разгоняли, они не имели поля для публичного выражения своих позиций. Многим памятен пример, когда в Саратове необоснованно был запрещен митинг, собранный оппозиционерами 12 февраля 1991 года. Несмотря на запрет, митинг состоялся. Правда, в итоге его участников разогнали, что чуть было не привело к массовым беспорядкам.
  Был разогнан и первый митинг, организованный саратовским правозащитником Александром Никитиным. «Этот митинг на 3-й Дачной был в защиту депутата Николая Макаревича. Никитин был одним из первых пострадавших, получил за это 15 суток ареста», – рассказал Владимир Горбачев. Аналогичной внесистемной оппозицией сегодня в какой-то мере можно считать организаторов и участников движения «Стратегия-31».
 
ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ СОВЕТЫ
 
  При этом какого-то конструктивного видения будущего страны после слома советской системы у демократов 90-х по сути не было. «Это было освободительное движение, в котором принимали участие как люди с либеральными взглядами, так и с совершенно нелиберальными. Когда мы шли в первомайской колонне в 1991 году, это было одной из первых выступлений против власти КПСС, то рядом со мной шагал, например, господин Соснин, которого несколько лет назад судили за распространение антисемитской литературы… То есть это была оппозиция коммунистам, и в этой оппозиции были очень разные взгляды. Либеральное крыло тогда было не выражено. У многих членов «Клуба избирателей», где я по собственной инициативе выступал как первый секретарь Саратовского горкома КПСС, была сумятица в голове, иначе не скажешь», – рассказывает Владимир Горбачев.
  Так или иначе, но наступил момент, когда сдерживать волну демократического движения действующая власть уже не могла. В итоге в 1990 году на выборах в городской Совет народных депутатов коммунисты и демократы получили приблизительно одинаковое количество мест.
  По рассказам очевидцев, первая сессия горсовета длилась 21 (!) день. Только дискуссии по назначению кандидатуры председателя, которым стал Владимир Головачев, растянулись на несколько дней. Заседания городского представительного органа тех лет напоминали современные реалити-шоу, настолько они были дискуссионными, зрелищными и популярными у саратовцев. К микрофонам, стоящим в зале Совета, выстраивалась очередь из депутатов (а в последнем созыве их было около 200 человек), каждый хотел высказаться. Поскольку мест для «зрителей» в зале не хватало, была организована радиотрансляция, которая передавалась по репродукторам на Театральной площади. И каждый день под этими репродукторами собирались люди, чтобы послушать, о чем говорят депутаты. «Я уверен, что это был лучший городской представительный орган за всю новейшую историю саратовской власти. Потому что в нем была свобода мышления, высказывания, а главное, депутатов реально заботили проблемы жителей Саратова», – вспоминает первый его председатель Владимир Головачев.
  Несмотря на то, что Головачев изначально был выдвинут в председатели горсовета коммунистами, впоследствии Владимир Георгиевич активно стал поддерживать демократов, понимая, что только с ними возможно движение вперед. Коллеги по партии отреагировали незамедлительно, попытались снять его с поста, но потом именно демократы встали на его защиту.
 
ДОРВАЛИСЬ
ДО ВЛАСТИ
 
  В августе 1991-го случился путч, который кардинально размежевал тогдашних саратовских политиков и показал, кто есть кто на самом деле. Большинство государственных органов в период путча не функционировало вовсе, горсовет был чуть ли не единственным действующим официальным институтом, причем во всей области.
  После этого многие из  демократов вошли в исполнительные и законодательные органы власти как городского, так и регионального уровней. «Я помню, как мы впервые поднимали российский триколор взамен красного флага над зданием городской думы. Это было очень символично», – рассказывает бывший депутат Александр Жаворонский, который стал вскоре депутатом областной думы первого созыва от блока Явлинского в Саратовской области.
  В 1994 году в областной парламент вошли еще два представителя либерально-демократических партий – Валерий Давыдов от партии «Демократический выбор» и Олег Карпов от «Демократической партии России». К этому времени они представляли собой не просто демократов, а три разные политические силы, которые объединял общий либерально-демократический вектор.
  Далеко не все «советские» либерал-демократы достигли серьезных вершин. Кто-то не справился с поставленными управленческими задачами, кто-то стал преследовать меркантильные интересы. «Первый период, когда власть поменялась, получил название времени «большого хапкА». Политику стали использовать в целях личного обогащения. Многие просто, что называется, дорвались до власти. Это привело к отторжению от либеральных идей большого количества людей. Но по инерции либералы еще держались и были представлены в облдуме. Потом пришли люди, как я называю, себе на уме, которые идеологически себя никак не заявляют», – считает Жаворонский.
 
ДУМА НОВАЯ,
ПРЕДРАССУДКИ
СТАРЫЕ
 
  В этом смысле несомненный плюс КПСС был в кадровой политике партии. Она позволяла приводить к руководящим должностям людей после серьезного отбора. Кроме того, не нашлось среди демократов вождей, которые бы повели их за собой, сплотив ради общих целей. По мнению большинства аналитиков, Саратовская область пострадала от их стремления удовлетворить личные амбиции, выгадать для себя какие-то должности и привилегии.
  Второй и третий созывы облдумы связаны с эпохой Дмитрия Аяцкова. «Это уже были истории подковерные и к политическому процессу мало имели отношения», – считает Коннычев. Аяцков в то время активно подминал под себя регион как единоличный хозяин, к тому же совсем не чуждый партии власти, что развитию либерал-демократии, конечно, не способствовало. И точкой перелома для Саратова стали не нулевые годы, как принято считать, а 1996-й. Да, формально губернатора еще избирали, но институт выборов постепенно начал отмирать.
  В 2000 году Аяцков выиграл выборы и получил второй срок губернаторства. А в 2005 году губернаторы стали назначаться. «Демократией и либерализмом здесь уже и не пахнет», – считают «старые» саратовские демократы.
  Назначение губернаторов стало логическим завершением системы власти, которая была выстроена в конце девяностых годов. В итоге все это привело к массовой деполитизации общества в нулевые годы. Контракт «колбаса вместо свободы» для значимого числа людей оказался выгодным. Все это еще больше осложнялось отсутствием важного принципа свободных демократических выборов – конкуренции. Людям активно вбивали в головы мысли о том, что во власти все одинаковые, что от населения ничего не зависит и «наверху» за людей все давно решили. Нарастание аполитичных настроений в обществе размывало главную опору либералов – слой активных образованных людей, не просто интересующихся политикой, а принимающих в ней непосредственное участие в качестве избирателей.
  Так случилось и в Саратовской области, где либерально ориентированные люди остались в меньшинстве. Многие из них уехали за рубеж и в другие города, прежде всего в столицу. «Сами по себе либеральные идеи пока слабы. Они массами не овладели. Нет у нас ни среднего класса, ни бизнеса, на который опираются либералы», – подводит неутешительный итог Александр Жаворонский. «Люди либеральных взглядов имеют определенный набор установок. Это экономическая свобода против всяческих запретов и высоких налогов. Это правозащитная деятельность, это установка на свободу прессы, собраний, митингов. Из тогдашних моих товарищей в Саратове таким сегодня является Александр Дмитриевич Никитин», – рассказывает Владимир Горбачев.
  «Позиции демократов-либералов были сильны в последнем созыве Советов народных депутатов и в первых созывах городской и областной дум, – считает известный саратовский либерал нулевых годов Виктор Марков. – Либерал-демократы сошли на нет после «шоковой терапии». Непопулярные, но необходимые реформы, которые проводились Чубайсом, Гайдаром, стали ассоциироваться у людей с правыми либералами, которые фактически спасли Россию от развала и катастрофы. Либералы, как врачи, которые делают больно».
 
БЕЗ ПРАВОГО КРЫЛА
 
  В 1997 году, по итогам третьего созыва облдумы, в ее состав были избраны только два депутата от партии «Демократический выбор России».
  А выборы депутатов областной думы 4 созыва, состоявшиеся 2 декабря 2007 года, для саратовских либералов фактически стали провальными. Впрочем, как и для большинства оппозиционных партий. Из 36 мест в региональном парламенте по спискам «Единой России» досталось 14 мест, а в одномандатных округах – 17.
  Однако, несмотря на фиаско последних лет, саратовские либералы оптимистично заявляют, что нынешняя политическая ситуация в России сама может подтолкнуть к росту электората правого партийного крыла. «Невозможно жевать одну и ту же жвачку и говорить, что всему виной девяностые годы. Сейчас, я думаю, ситуация разворачивается в другую сторону. Все опросы общественного мнения показывают, что рубеж 2011-2012 годов может стать переломным. Отсюда тот потенциал с горящими глазами – вот «Правое дело», вот Кремль достал олигарха Прохорова... Теперь будет что-то новое. Отсюда же снижение рейтингов «Единой России», – уверен Дмитрий Коннычев.
  Эти настроения разделяет и лидер регионального отделения «Правое дело» Игорь Танатин: «На мой взгляд, все последние процессы по сокращению числа партий, увеличению избирательного барьера, происходящие после 2000 года, – искусственное сужение предложения альтернативных форм развития страны. В итоге это все может привести к социальному взрыву. Прежде всего потому, что сейчас фактически нет демократических механизмов смены власти. Когда станет совсем плохо, бюджет опустеет, будут искать пути его наполнения вне сырьевого сектора. А это означает, что вновь дадут народу реальную возможность производить и зарабатывать, свободу выбора, защиту собственности».
  Стоит отметить, что большие надежды на возрождение право-либерального крыла в России связывались с фигурой Михаила Прохорова. Но в связи с последними событиями большинство экспертов склоняются к мнению о том, что без яркого лидера сама по себе партия «Правое дело» никакой реальной политической силы не представляет.
  Неоднозначно в регионе относятся и к самой фигуре бизнесмена, называя его ставленником Кремля. Его неожиданный уход из партии саратовские политики объясняют по-разному. «В августе было принято историческое решение, когда два человека заключили частную сделку и решили вопрос передачи власти, выдвинув кандидата в президенты от партии власти. В связи с этим Медведеву перестала быть нужна не только партия «Правое дело», но в принципе даже самая маленькая фракция в думе в качестве личностной опоры, потому что он идет возглавлять список «Единой России». Поэтому от проекта «Правое дело – Прохоров» отказались. Они могли даже не ставить его в известность», – считает Дмитрий Коннычев. В отличие от него Игорь Танатин уверен, что Прохоров самостоятельно принял решение уйти из партии и на него никто не давил.
  Как бы там ни было, вслед за Прохоровым ушел с должности и глава Саратовского отделения «Правого дела» Аркадий Евстафьев, успевший поруководить отделением буквально считанные дни. С учетом его финансовых возможностей и близости к Михаилу Прохорову наблюдатели готовились увидеть по меньшей мере активные, а в идеале и яркие политические действия, однако закончилось все быстро и скучно.
  Остались только «закадровые» разговоры. Так, на этой неделе уже неруководитель местного отделения Евстафьев в интервью газете «Репортер» сделал резкое заявление о том, что «ОНФ – это профанация!», но тут же получил симметричный ответ от лидера МГЕР и члена федерального Координационного совета ОНФ Тимура Прокопенко. «Профанацией нужно называть такую работу, когда ради собственной выгоды наживаются на простых людях», – выдал Прокопенко своему оппоненту. Можно только предполагать, какое давление началось бы на бизнесмена, стань он реальным, а не бывшим лидером местных праводелов.
 
«ПАРНАС» НАДЕЖДЫ
 
  Большинство экспертов сходятся на том, что избиратели с либеральными взглядами в стране и в Саратовской области до сих пор не имеют своей партии. В какой-то степени на эту роль претендует «Яблоко», однако эта политическая организация не столько является правой, сколько социал-демократической. Хотя такие категории, как  «правые-левые», давно уже непопулярны даже у политологов. Слишком  размыта идеологическая база у современных российских представительных организаций. К примеру, в глазах значительной части населения понятие «либерализм» ассоциируется с партией ЛДПР, которая большинством политологов не считается частью либерального движения.
  Тем не менее, отдельные представители либерального крыла не теряют надежды на возрождение и предпринимают попытки объединения. Последний такой рывок совершила общественная организация «Парнас», но ей до сих пор не удалось официально зарегистрироваться в статусе партии. «Потребность у общества в либеральной партии есть, но любые инициативы зарубаются на корню», – констатируют саратовские либералы.
  Понятно, что составить оппозицию партии власти в тех условиях, которые годами  выстраивались федеральным центром, – сверхзадача. Но и человеческий фактор еще никто не отменял. На политической арене Саратова уже давно нет ярких либеральных лидеров, а слава об их былом величии осталась только в памяти, да и то не у всех.
 
Фото из архива
Юрия НАБАТОВА