"Заморозить НДПИ". Саратовские нефтяники просят об экстренной помощи

23085

1 апреля, 22:19

На фоне распространения коронавируса по территории России и Саратовской области, разрыва соглашения с ОПЕК, краха биржевых индексов и галопирующего падения курса национальной валюты пострадали и те, кого принято считать вечно защищенными. Это нефтяники, а если точнее - малые недропользователи, небольшие компании, работающие на территории региона. Об этом - в новом аналитическом материале ИА "Взгляд-инфо".   

ОПЕК+ и коронавирус

"Во всем виноваты ОПЕК+ и коронавирус", - иронично заметил в беседе с ИА "Взгляд-инфо" генеральный директор ЗАО "Кэпитал Ойл" Дмитрий Лифанов.

Компания еще в 1996 году по конкурсу получила лицензию на поиск, разведку и добычу углеводородов на Чернавском участке недр в Ивантеевском и Пугачевском районах. В сейсморазведку и поисковое бурение, как говорит собеседник, привлечены инвестиции на сумму более 2,5 млрд рублей. На данный момент в эксплуатации находятся два месторождения.  

И вот сейчас, по словам господина Лифанова, "Кэпитал Ойл" оказалось на грани выживания. Правда, есть средство поддержать малые нефтяные компании — это введение на федеральном уровне шестимесячного моратория на уплату налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ). В противном случае отрасль ждут весьма печальные последствия.

По мнению Лифанова и его коллег по отрасли, было бы логичным включить малых недропользователей в список представителей отраслей, наиболее пострадавших от последних событий - экономических и эпидемиологических. Учитывая позицию президента Владимира Путина о моратории на банкротства частных компаний, полугодововой запрет на взыскание НДПИ мог бы стать дополнительным инструментом финансовой поддержки малого и среднего бизнеса, работающего в нефтегазовом секторе отечественной экономики.

В отличие от вертикально интегрированных компаний замкнутого цикла (разведка, бурение (отчасти), добыча, транспортировка, переработка и сбыт), небольшие компании, специализирующиеся исключительно на добыче нефти и газового конденсата, не могут позволить себе компенсировать издержки за счет конечного потребителя. Проще говоря, у них нет своих НПЗ и АЗС, чтобы торговать топливом по ценам, регулируемым акцизной политикой властей. А рентабельность только добычи и последующей продажи нефти, как выяснилось, сейчас ниже нулевой отметки маржи, что значит - непосредственным добытчикам, на сленге - "на устье скважины" - грозят разорение и неизбежное сокращение квалифицированного персонала. Для бюджета и бюрократии - существенная потеря налогооблагаемой базы и ослабление социальной стабильности.    

 "Сейчас все называют наиболее пострадавшие от сложившейся ситуации отрасли, но почему-то никто не говорит ни слова о том, насколько пострадали малые нефтяные компании - такие, как наша. На сегодняшний день мы вынуждены уйти в простой, остановили промысел, не ведем добычу, поскольку ее рентабельность на сегодня отрицательная. Мы остановили сегодня скважины полностью, мы отпускаем с 6 апреля в вынужденный простой персонал, с оплатой двух третей, безусловно. Но сколько это может продлиться времени, непонятно.

Восстановление цены сложно спрогнозировать, но на сегодняшний день те покупатели, которым мы поставляли последний год, предлагают по 5 тысяч рублей за тонну нефти. В "жирные" годы цена тонны доходила до 30 тысяч. Тогда нам это позволяло реализовать комплексную социальную и инвестиционную программу - вкладывать средства в переподготовку и набор персонала, регулярную индексацию зарплат, разведку, бурение и добычу. А сейчас предлагаемая цена значительно ниже себестоимости.

Подобных компаний в области несколько десятков, я думаю, что у многих похожие сложности. У нас 90 человек персонала, большая часть которых работает на месторождениях в Ивантеевском районе, где у нас промысел, там очень много местных жителей. И работу в районе найти сложно...

Как я полагаю, одна из эффективных мер поддержки, которую государство могло бы нам оказать, чтобы мы выжили и на плаву остались, и потом вновь смогли развиваться и платить тот же самый НДПИ, - это его заморозка или отсрочка на полгода. По аналогии и вкупе с мораторием на банкротство. Если все оставить как есть, то наша компания, в частности, прикажет долго жить. Мало того, регион рискует лишиться всей отрасли", - рассказал Лифанов "Взгляду".

По мнению Дмитрия Лифанова, в этой ситуации многое зависит от регионального правительства, которое может обратиться в федеральный центр с предложением о введении полугодового моратория на НДПИ.

Налог или жизнь

Идею о введении моратория поддерживает и генеральный директор ООО "Белисар" Александр Егоров, чье предприятие испытывает сейчас те же трудности.

"Цена низкая, выручка не покрывает производственные издержки, поэтому встает вопрос о целесообразности ведения производственной деятельности. Мы планировали продавать по 10-11 тысяч рублей за тонну нефти, но еще не реализовали ничего. Сейчас стоит вопрос о возможной приостановке деятельности", - сообщил он.

"Инициатива неплохая, - уверен исполнительный директор АО "НК "Саратовнефтегеофизика" Михаил Терновский. - Я думаю, у всех одни и те же проблемы, и дела идут не очень хорошо. Правительство уже пошло навстречу по налогам малому и среднему бизнесу, но у всех свои проблемы — кто-то закредитован, кто-то еще что-то, и понятно, что в этой ситуации, когда предприятия оказываются на грани закрытия, все средства хороши".

В свою очередь заместитель генерального директора — главный геолог ООО "ННК-Саратовнефтегаздобыча" Илья Ефимов считает, что мораторий на НДПИ может стать хоть каким-то подспорьем для небольших нефтяных компаний. Вместе с тем, по его словам, перспективы у нефтяной отрасли, мягко говоря, не радужные. Спрос упал, потянув вниз цены, и в лучшем случае это падение остановится до конца текущего года.

"Вопрос в том, нефть берут вообще или нет? Мы занимаемся газом в основном, у нас нет нефтедобычи. Попутный продукт есть - конденсат, но он тоже влияет на нашу добычу. У нас есть накопительный парк, и если не будут его (конденсат) забирать, то придется заполнять резервные емкости, может быть, еще какие-то базы выберем. Конечно, у нас тоже есть НДПИ — для нас это тоже было бы актуально. Для компаний, которые занимаются нефтедобычей, это, конечно, было бы хорошим подспорьем. Если по 5 тысяч рублей они будут продавать нефть... НДПИ — больше. Смысла нет в добыче вообще тогда никакого. Конечно, надо выходить на федеральный уровень и просить ввести мораторий, по крайней мере, для мелких компаний, чтобы они могли хоть как-то достойно выкарабкаться из сложившейся ситуации и сохранить большую часть коллектива, не обанкротиться совсем. Речь уже не идет о получении прибыли - людей всех хотя бы не увольнять. Многие, я думаю, будут сейчас увольнять, сокращать расходы. Мы тоже сокращаем в экстренном порядке все расходы,  пересматриваем свою программу", - поделился он своим видением ситуации, подчеркнув, что на восстановление спроса и цены на нефть может уйти около двух лет.

Как сообщили нашему агентству в министерстве промышленности и энергетики области, комментируя сложившуюся ситуацию, на завтра запланирована встреча главы ведомства Андрея Архипова с малыми недропользователями.

Справка

В 70-80-е годы прошлого века активные геологоразведочные работы на территории области не велись. Удивительно, но факт: расцвет саратовской нефтянки пришелся на середину 50-х годов. В 56-м было добыто 2,6 миллиона тонн нефти. С тех пор рекорд не побит. Всему виной – плановая экономика и партийные приоритеты. В общем, разведка и добыча главным образом были сориентированы на Западную Сибирь и Казахстан, где нефтяники оказались востребованы.     

Или, к примеру, Самара, где нет "жирных" месторождений. В Саратове и Самаре промыслы стали появляться примерно в одно и то же время. Там накопленная добыча составляет более миллиарда тонн, а у нас не достигает и 100 миллионов.

В итоге получилась, как говорят нефтяники, аномальная кривая. Обычно график добычи нефти представляет собой классическую гиперболу: начальный этап с низкими показателями – постепенное восхождение к максимуму – медленное, но верное падение. Нефтянка Саратовской области этим правилам не подчиняется: 56-й – 2,6 миллиона тонн, 96-й – 780 тысяч, 2006-й – 1,6 миллиона, 2019-й - 1,5 миллиона.

Рынок добычи нефти в нашем регионе характерен значительной долей малых недропользователей (фактически он демонополизирован, крупных игроков из "большой тройки" - "Роснефти", "ЛУКойла", "Газпромнефти" - здесь нет).

Так, на небольшие компании в прошлом году пришлось примерно 850 тысяч тонн нефти, остальное - 650 тысяч - добыто вертикально интегрированной компанией "Саратовнефтегаз" (дочка НК "Русснефть" Михаила Гуцериева).  

Главным государственным механизмом контроля над добывающими компаниями является налоговая нагрузка или природная рента. Вот только платят нефтяники и газовики за пользование недрами преимущественно в федеральную казну, а не в бюджеты субъектов, на территории которых ведется добыча. Диспозиция в распределении доходов от ренты в корне изменилась еще в 2002 году, когда правительство РФ стало выстраивать новую модель региональной экономики. А с 2010 года НДПИ полностью уходит в федеральный бюджет.

Материал подготовила Юлия Клименко

Подпишитесь на наши каналы в Telegram и Яндекс.Дзен: заходите - будет интересно

Подпишитесь на рассылку ИА "Взгляд-инфо"
Только самое важное за день
Рейтинг: 2.45 1 2 3 4 5

Главные новости