Саратовский пристав обвинен в сговоре с семьей взяточника

В Саратове судебного пристава-исполнителя обвинили в неформальном сотрудничестве с семьей осужденного за взятку, с которого должны были взыскать имущество – две иномарки.

Речь идет о 34-летнем сотруднике специализированного отделения судебных приставов по Саратовской области Главного межрегионального управления ФССП Антоне Ковылине, являющемся двоюродным братом прокурора Татищевского района Дмитрия Ковылина.

Приставу предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).

Уголовное дело уже передано в прокуратуру Фрунзенского района для утверждения обвинительного заключения и последующей передачи в суд.

По версии следствия, Антон Ковылин должен был разыскать два автомобиля (Volkswagen Golf и Geely Tugella), принадлежавшие Василию Дерябину, главному инженеру МУП "Усть-Курдюм Водоканал", который в сентябре 2025 года был осужден за получение взятки в крупном размере (п. "в" ч. 5 ст. 290 УК РФ).

Тогда, год назад, Саратовский райсуд приговорил Дерябина к 9 годам колонии строгого режима, выплате штрафа в сумме 3 млн рублей и 5-летнему запрету занимать должности в органах власти (позже апелляция исключила из приговора назначение дополнительного наказания в виде запрета занятия должностей).

В первой инстанции судья сохранил наложенный на имущество осужденного арест – "до исполнения решения суда в части имущественных взысканий". В перечень арестованных активов вошли и два указанных автомобиля.

Через некоторое время, чтобы взыскать с должника сумму штрафа, приставы возбудили исполнительное производство, причем розыск арестованных машин поручили Антону Ковылину.

Но вместо того, чтобы искать авто, как полагают следователи, он вместе с семьей осужденного начал вводить в заблуждение свою коллегу, на исполнении которой находилось производство.

"Родственница Дерябина сбросила ему по мессенджеру фотографию Geely, и пристав составил отчет, что авто находится в Аткарске, причем сам на место нахождения машины не выезжал. В отношении же Volkswagen вообще бездействовал, хотя знал, что иномарка находится в одном из новых регионов России. Также он передал семье Дерябина служебную информацию органов МВД о том, что Geely "засветилась" в Саратове, и предупредил пользователей авто, чтобы они пока ее спрятали.

Затем, в апреле, Ковылин вынес необоснованное решение о прекращении розыска транспортных средств: в отношении Geely Tugella – в связи с установлением ее местонахождения, а Volkswagen Golf – из-за невозможности его обнаружения. Первый автомобиль все же удалось разыскать летом этого года – в рамках расследования уголовного дела в отношении самого Ковылина: он находился в Усть-Курдюме, на территории домовладения семьи Дерябина. А в августе в Мелитополе был найден и второй автомобиль", - изложил версию следствия источник ИА "Взгляд-инфо".

Дело Антона Ковылина служит фоном кризиса управляемости и служебной безупречности в структурах ФССП в Саратовской области, причем не только в специализированных, но и в территориальных.

Наиболее остро, по оценкам ряда предпринимателей, проблема проявлялась в Энгельсском районном отделе судебных приставов, который возглавляет Дмитрий Морозов. Именно этот отдел, по их мнению, утратил субъектность и раньше зачастую работал в режиме внешнего управления - "на аутсорсе" из прокуратуры Энгельса.

Речь идет не о точечных претензиях к отдельным исполнительным производствам. Предприниматели описывают системный сдвиг: ключевые решения, скорость реакции и сама логика приоритетов в отделе, как полагают собеседники, определялись не внутриведомственной вертикалью ФССП, а прокурорским корпусом. В такой модели старший судебный пристав перестает быть самостоятельным администратором, а отдел - полноценным субъектом государственной функции. Он превращается в исполнительный придаток надзорного органа, который формально должен контролировать приставов, а не подменять их, и тем более – не руководить ими.

Апофеозом этого влияния стал период, когда прокурором Энгельса работал печально известный Дмитрий Журавлев. По оценкам местного бизнеса, именно тогда внешнее управление отделом Морозова приобрело "законченные и порой уродливые очертания". Журавлев, убеждены предприниматели, осуществлял не просто прокурорский надзор в классическом смысле, а личный, плотный и селективный контроль над энгельсскими приставами. В результате исполнительные производства в Энгельсе, по их мнению, потеряли предсказуемость: судебные решения могли исполняться либо молниеносно, либо годами — в зависимости не от закона, а от неформального приоритета.

Этот сюжет ИА "Взгляд-инфо" уже фиксировало в материале "Двойные стандарты волокиты. Почему в Энгельсе годами не исполняют решения суда". 

Тогда агентство указывало на слаженную "работу" прокурора Энгельса Дмитрия Журавлева и главы Энгельсского РОСП Дмитрия Морозова, в которой "явно усматривался скрытый мотив".

Формула была жесткой и, как теперь видно, не исчерпала себя: в одних случаях вердикты суда исполняются мгновенно, в других — годами зависают якобы в процедурной неопределенности.

Для бизнеса это не абстрактный управленческий дефект. Это прямой удар по инвестиционному климату и самой идее исполнимости судебного акта. "Друзьям – все, остальным – жестко применяемый околозакон", - перефразировал известную поговорку один из энгельсских бизнесменов.

Причем влияние прокуроров, по наблюдениям предпринимателей, не ограничивалось фигурой самого Журавлева. Коммуникации с приставами поддерживал и "прокурорский амбассадор" Антон Скороходов — хороший знакомый Журавлева. Скороходов почти год находится в следственном изоляторе по делам о мошенничестве и даче взятки.

Сама информация о том, что человек с таким процессуальным статусом и известной репутацией ранее выступал связующим звеном между надзором и службой приставов, лишь усиливает вопрос о качестве управленческой среды, в которой работал Энгельсский РОСП.

"Да и вообще, как гражданское лицо, тот самый Скороходов, могло теневым образом отчасти управлять Морозовым и его подчиненными? Могло ли или управляло? Для многих из нас это вопросы риторические", - размышляет предприниматель.

Кризис управляемости в Энгельсском РОСП проявлялся сразу на нескольких уровнях.

Первый - институциональный: отдел, который должен быть автономным звеном федеральной службы, воспринимался бизнесом как структура с размытой юрисдикцией.

Второй - репутационный: любой отказ, любая пауза, любое "не можем" в Энгельсском РОСП автоматически могли считываться не как рабочая сложность, а как сигнал внешнего интереса.

Третий - кадровый: когда субъектность руководителя отдела ставится под сомнение, под ударом оказывается вся вертикаль ФССП.

Руководство регионального управления отвечает за подведомственные подразделения, даже если фактический центр принятия решений в Энгельсе, по мнению местного бизнеса, был смещен за пределы службы.

Именно поэтому энгельсские предприниматели связывают надежды на нормализацию ситуации в Энгельсском отделе судебных приставов с новым руководителем ГУ ФССП по Саратовской области Ильнуром Махмутовым.

Ставка понятна: генерал из другого региона, не связанный прежними неформальными контурами, может провести управленческий "детокс" в подразделениях ведомства и вернуть отделам суверенность.

Для бизнеса это означает не косметическую ротацию, а восстановление базового принципа - судебный акт исполняется по закону, а не по разнарядке извне.

Махмутову, по сути, предстоит ответить на вопрос, который местный бизнес формулирует предельно жестко: остается ли ГУ ФССП по Саратовской области самостоятельной государственной структурой или отдельные ее звенья продолжат жить в режиме внешнего администрирования.

Энгельсский РОСП в этой логике - не периферийный кейс, а стресс-тест всей системы.

Если отдел во главе с Дмитрием Морозовым сохранит нынешнюю модель, репутационный ущерб будет распространяться уже не только на Энгельс, но и на региональное управление в целом.

ИА "Взгляд-инфо" намерено подготовить расширенный материал о деятельности Дмитрия Морозова. Предмет интереса - не персональная биография руководителя отдела, а конкретная управленческая практика: как принимаются решения, почему одни производства ускоряются, а другие консервируются, и где проходит граница между ведомственной самостоятельностью и внешним влиянием.

Для регионального бизнеса этот вопрос давно вышел за рамки отраслевой критики. Речь идет о том, насколько суверенно будет работать Энгельсский РОСП или же останется "чужой" опцией.

Материал подготовил Константин Халин

Подпишитесь на канал "ИА "Взгляд-инфо". Новости Саратова" в MAX

Новости "Взгляда" доступны и в канале Дзена

Подпишитесь на телеграм-канал "ИА "Взгляд-инфо". Вне формата": заходите - будет интересно

Вы можете прислать сообщения, фото и видео в наш телеграм-бот @Vz_feedbot