Кино для Бориса Николаевича

На минувшей неделе исполнилось ровно 30 лет со дня избрания Бориса Ельцина президентом России на второй срок. Знаток этой эпохи, бывший губернатор Саратовской области Дмитрий Аяцков дал эксклюзивное интервью ИА "Взгляд-инфо", в котором рассказал о своих взаимоотношениях, официальных и неформальных, с первым президентом нашей страны. Из материала вы узнаете о том, каким на работе и в быту был Борис Николаевич, а также: как получить губернаторский пост за копченую ножку; как Ельцин застрелил четырех "особых" саратовских кабанов; ругался ли матом на губернаторов первый президент РФ; как Аяцков получил 10 миллиардов за 10 лимонов и как открывал двери в московские кабинеты ногой. И о том, как Борис Ельцин предложил снести памятник Владимиру Ленину на Театральной площади в Саратове и приказал найти решение по "комбайновому делу". Для удобства зрителей и читателей интервью выходит сразу в двух форматах – текстовом и на видео. Каждый блок в материале сопровождается таймлайнами. Беседа состоялась в квартире Дмитрия Федоровича. Наслаждайтесь!

"Саратовский дух стоял на всю ВДНХ" (0:31-2:14)

Вы знаете, я с Борисом Николаевичем познакомился, когда в Москве проводились общесоюзные ярмарки. Он был первым секретарем московского горкома КПСС (Ельцин занимал этот пост с 24 декабря 1985 года по 11 ноября 1987 года – ред.). Я был ответственным от Саратовской области. От нас в столицу ехал целый караван машин, от разных предприятий. Везли мясо, яйцо, птицу – все, чем можно было поделиться с москвичами. Времена-то были очень сложные. Мы встали в районе ВДНХ - расставили все машины, продаем. И вдруг пришло известие, что приедет Борис Николаевич. Тогда не было таких оцеплений, как сейчас. Он подъехал, проходит. А мы продавали копченых кур и изделия из мяса птицы. Как говорится, дух на весь рынок.

У нас были постоянные очереди, потому что цены были приемлемые - цыпленок по рубль двадцать. И чтобы показать, что нет очереди, людям инструктор райкома сказал - все закрылось, продукция кончилась. И бабушки подняли крик. В этот момент подходит Борис Николаевич. Спрашивает: "Так, что тут случилось, понимаешь?". Я говорю: "Вот, мы из Саратова". Он ответил: "О, я знаю, Саратов, Иван Петрович Кузнецов, он у нас мелиорацию делал в Свердловской области! (Иван Кузнецов — начальник Главного управления по ирригации и строительству совхозов в Саратовской области – ред.).

"Отрывает ножку, откусил, а потом назначил губернатором" (2:14-3:40)

Ельцин потребовал, чтобы мы возобновили торговлю. Мы выложили все изделия на столик. Он берет цыпленка, отрывает ножку, откусил. "Так, как, понимаешь, твоя фамилия?". Я говорю: "Аяцков". Это было первое знакомство с Борисом Николаевичем. А потом, до его выборов, мы встречались несколько раз. И когда встал вопрос, кого назначить губернатором Саратовской области, он увидел мою фамилию в списках и сразу подписал указ – так он сам говорил (15 апреля 1996 года Ельцин назначил Аяцкова главой администрации Саратовской области, а 1 сентября того же года состоялись выборы губернатора, на которых жители региона подтвердили назначение президента – ред.)

"Ельцину приписывают алкоголизм, но он – очень разумный, сильный и волевой человек" (3:46-5:20)

И с тех пор я могу сказать, что если я звонил Ельцину, то Борис Николаевич обязательно отвечал. Если его не было в кабинете, он обязательно перезванивал, когда было у него время – иногда поздно ночью.

Впоследствии я очень часто с ним ездил в заграничные командировки. Он меня почему-то постоянно включал в список. Мы проехали очень много стран. Могу сказать, что Ельцин - очень разумный человек, сильный, волевой. Все ему приписывает алкоголизм. Да, он выпивал.

Но приведу один маленький пример. Когда он после операции в 1997 году приехал в Саратов, мы проехали очень многие предприятия области (5 ноября 1996 года Ельцину сделали коронарное шунтирование – ред.).

Приехали в Октябрьское ущелье, был организован обед, и он говорит: "Так, Дмитрий Федорович, ну, какие у тебя вопросы?" "Какие вопросы? Вы приехали, все вопросы решены. Нет у меня вопросов".

Мы шли на большой урожай и ему вручили сноп, где было написано "5 миллионов тонн". Он взял ручку и написал "6 миллионов". И мы собрали даже больше.

"Уже готовилась Сибирская республика во главе с Росселем" (5:27-6:28)

Надо отдать должное – время Ельцину досталось очень тяжелое. Шли тектонические процессы, были подписаны Беловежские соглашения, а еще до них откололась Прибалтика - шел развал великой и могучей советской страны.

Нужно было принимать меры, чтобы сохранить костяк. Ельцину это удалось. Знаете, что уже готовилась Сибирская республика во главе с Росселем (Эдуард Россель – губернатор Свердловской области с 1995 по 2009; глава администрации того же региона с 1991 по 1993 – ред.), готов был к отколу Кавказ и так далее. Вот это удалось сохранить. Был очень мощный парламент. Да, бузили, да, высказывали. Но, в общем-то, шли вперед.

"В Чардыме Ельцину очень понравилось – ездили в поля, летали на вертолете" (6:37-7:45)

Когда Ельцин уже не был президентом, позвонил. "Дмитрий Федорович, я хочу к тебе приехать на недельку". И он вместо недельки пробыл у нас в Чардыме 15 дней. Ему там очень нравилось - пешеходные прогулки, рыбалка, охота. Ездили в поля, летали на вертолете. Он живо интересовался всем. Ему очень понравился наш закон о частной собственности на землю (речь идет о Законе Саратовской области от 17 ноября 1997 года № 57-ЗСО "О земле" - он разрешил в регионе свободную куплю и продажу земель - ред.) В дальнейшем получилось, что наш земельный закон вошел в основу федерального закона.

"Я поддерживаю связь с… Таней Дьяченко" (7:47-8:35)

Я часто вспоминаю Бориса Николаевича, наши встречи. Да, были порой жесткие разговоры. Стоит отдать должное, он никогда не ругался матом. Он мог нахмуриться, сказать: "Понимаешь, надо вот так!" Или говорил, что если взял гвоздь в левую руку и молотком ударил, то гвоздь должен зайти по шляпку, он не должен гнуться.

Воспоминаний очень много. Я до сих пор поддерживаю отношения с Наиной Иосифовной, Таней Дьяченко и Юмашевым. Это часть моей истории, это часть нашего родного государства.

"Денег не было, а мы строили по 15 школ в год" (8:54-9:44)

Какие ожидания у Ельцина были в отношении Саратовской области? Надеюсь, что мы их оправдывали. Мы с командой вырвали Саратовскую область так называемого "Красного пояса". ("Красный пояс" — это группа российских регионов, которые стабильно поддерживали КПРФ на местных и федеральных выборах. Термин начал активно использоваться с середины 1990-х годов - после того, как в ряде регионов победили сторонники Геннадия Зюганова – ред.)

Был подписан договор об общественном согласии. Это было очень важно (речь идет о "Договоре об общественном согласии и социальном партнерстве в Саратовской области". Его подписывали представители разных сфер: органы государственной власти области и местного самоуправления, некоммерческие организации (общественные, религиозные, национально-культурные объединения), политические партии и бизнес-сообщества – ред.)

Все эти идеи находили понимание у Бориса Николаевича. И он нас ставил в пример. И мы старались оправдывать доверие. Денег-то не было, а мы строили по 15 школ в год.

"Я делал красивый альбом и ехал к Борису Николаевичу" (9:51-11:06)

Я собирал строителей, говорил им: "Банковская ставка моя, берите кредиты, а в конце года я с вами со всеми рассчитаюсь. С банками договаривались, деньги брали, строили, краны скрипели. А в это время готовили проект со сметной документацией. Я делал красивый альбом, ехал к Борису Николаевичу. Он говорил: "Красиво, понимаешь, хорошо!" Я говорю, Борис Николаевич, вот смотрите, есть такие-то регионы, осталось три дня до конца года, а они не освоили деньги. Он тогда приглашал Александра Лившица (министр финансов РФ с 14 августа 1996 года по 17 марта 1997 года – ред.) и поручал - так, здесь снять, отдать ему. В итоге построенные объекты остались, а решение было найдено. Конечно, сегодня такое не прокатит.

"Борис Николаевич сказал – и комбайновое дело прекратилось" (11:16-12:01)

Помните "комбайновое дело"? Мы на самом деле хотели на авиационном заводе сперва наладить отверточную сборку комбайнов "Case", а потом уже начать производить. Но случился дефолт и не получилось. А мы уже забрали 300 комбайнов. Между прочим, до сих пор работает два или три комбайна.

Доходило до судебных разбирательств, пока Борис Николаевич не сказал найти решение. В итоге нашли решение, и все это дело прекратилось (в августе 1998 года правительство Саратовской области приобрело 20 комбайнов "Case", но дефолт и рост курса доллара к рублю не позволили вовремя заплатить таможенные пошлины в размере $7,3 млн. В итоге эти деньги были перечислены из бюджета таможне распоряжением правительства области, из-за чего впоследствии прокуратура области возбудила уголовное дело в отношении Дмитрия Аяцкова – ред.).

"Саратов заболел краснухой" (12:22-14:11)

Я вспоминаю, когда на Театральной площади стояли красные ларьки. Журналисты писали, что "Саратов заболел краснухой". А до этого на ящиках из-под водки все торговали, потому что надо было выживать. Это уже потом начали строить большие гипермаркеты, а люди перешли на другой уровень благосостояния. А было время, когда мы крупный бизнес заставляли многодетным семьям давать бесплатно хлеб. Были и другие инициативы – например, бесплатный проезд и многие другие вещи, которые влияли на жизнь семьи.

"Вень, отлови несколько кабанов и сделаем кино для Бориса Николаевича" (14:26-15:33)

Однажды Ельцин во время очередного визита в Саратовскую область захотел на охоту. Все было в охотничий сезон - лицензии, все так, как положено. Но кабана выгнать из леса было очень сложно. Я сказал Вениамину Рябкину (бывший начальник охотничьего управления правительства Саратовской области – ред.) "Вень, отлови несколько кабанов и сделаем кино! Они поймали шесть кабанов и посадили в вольер. Поставили Бориса Николаевича на козырное место. По рации сообщили - выпускайте. Борис Николаевич хорошо стрелял. Из шести кабанов он четырех убил. Садимся за стол. Он говорит: "Дмитрий Федорович, я не пойму, как так? Обычно кабаны цепочкой друг за другом бегут. А тут врассыпную бежали". А я и говорю: "Борис Николаевич, там овода много. Кабанов кусают. Поэтому они и побежали врассыпную".

"Мне твоя солома не нужна, я закачал газ – и получил деньги за границей" (16:03-17:05)

У нас уровень газификации области был 36%. Я поехал к Рэму Вяхиреву (возглавлял "Газпром" с 1992-го по 2001 годы – ред.) с просьбой помочь в газификации. Он сказал прямо: "Мне твоя "солома" не нужна. Я вот газ закачал, получил деньги за границей". Тогда я встретился с Борисом Николаевичем и говорю: "Ну, как так? Через нашу Саратовскую область проходят три больших газопровода". И тогда он сказал Вяхиреву: "Помоги". И мы проложили сотни километров газовых магистралей. В то время мне легче было заходить в любой кабинет и решать вопросы.

"Десять миллиардов за 10 лимонов" (17:17-20:14)

К нам в Саратов однажды приехала Татьяна Борисовна Дмитриева (министр здравоохранения РФ в 1996-1998 годах – ред.) Перед этим мы сдали очередной большой комплекс областной больницы. Она все осмотрела, осталась довольна. Но мы задолжали 10 миллиардов за эту больницу.

Тогда главой Фонда медицинского страхования был Владимир Гришин. Его заместителем был Владимир Москвичев. Он приехал вместе с Дмитриевой. Уже пришла пора уезжать. В какой-то степени я уже был расстроен, ведь денег нам не дали. Мы сидим, кушаем, стол накрыт. Я говорю: "Все, что на столе, произведено на территории Саратовской области". А на столе стоял ананас. И Москвичев иронично говорит: "Что, ты ананас производишь?". Я говорю: "Нет, Владимир Иванович, ананас мы не производим. Но такого же размера мы выращиваем лимоны. Он говорит: "Да ладно, заливать-то!".

Я быстро помощнику говорю: "Давай в лимонарий, привези лимоны. Мы уже допиваем чай, и он заносит бумажный мешок. Выкладывает, а там листики на лимонах, а на листиках еще капельки воды. И как раз ровно 10 штук. У Москвичева очки упали. И после этого деньги, 10 миллиардов, в регион пришли.

"Очень низкий поступок, когда с медиаресурсом начинают спорить или тем более судиться" (20:52-22:04)

Я полагаю, что СМИ - и те, которые критиковали меня, и те, которые поддерживали, сделали меня губернатором, чиновником федерального уровня. И московский пул, и президентский, и местные журналисты. Я умел выстраивать отношения, хотя сильно "получал" иногда за это. Но я ни разу ни с одним медиаресурсом не судился и публично не критиковал. Это очень низкий поступок, когда с медиаресурсом начинают спорить или выяснять отношения, или тем более судиться. Это неправильно, в корне неправильно.

"Дмитрий Федорович, ты что, хочешь выдвинуть себя на должность президента?" (22:21-23:28)

В августе 1999 года я проводил в Чардыме актив – совещание глав муниципальных образований. Была такая структура. Собрались, обсуждали разные вопросы. А уже тогда, в преддверии выборов, самые шустрые спрашивали: "Как вы думаете, кто станет президентом?". Напомню, что тогда кандидатов было больше десятка. Тогда я сказал: "Ребята, нужного человека в списке на президентские выборы нет. Я приехал на работу и тут же посыпались звонки: "Дмитрий Федорович, ты что, хочешь выдвинуть себя на должность президента Российской Федерации?". Я говорю: "У меня такой мысли нет, но я еще раз подтверждаю, что нужной фамилии в списке будущих президентов нет.

"Не хочу сегодняшнюю власть критиковать, но нельзя плыть по течению, как щепка. Надо грести в обратную сторону" (23:31-24:53)

С установкой памятника Столыпину мне пришлось преодолеть много трудностей. Меня даже приглашали в администрацию президента, говорили: "Ты что делаешь? Это неправильно. Ты подумай". Я говорю: "Это не я, это народ. Денег там бюджетных нет. Народ собрал деньги. Бизнес собрал деньги. Они считают так. А мы лишь выделили землю". Единственное, что мы сделали – это привели в порядок площадь имени Столыпина. Когда Ельцин приехал, мы сделали маршрут, чтобы он увидел этот памятник. Он вокруг обошел и сказал: "Да, понимаешь, фундаментально получается! А этого идола убери!". И указал на памятник Ленину. Я говорю, "Хорошо, Борис Николаевич! Но он уехал, а мы памятник Ленину отремонтировали. Это величайшая несправедливость. Памятники не надо убирать. Они отражают тот период, который был прожит. Не хочу сегодняшнюю власть никак критиковать, но нельзя плыть по течению, как щепка. Надо грести в обратную сторону.

Подпишитесь на наши каналы в Telegram : заходите - будет интересно

Вы можете прислать сообщения, фото и видео в наш телеграм-бот @Vz_feedbot