На изломе истории

Окончание. Начало здесь, здесь и здесь.

22 ноября 1905 г. неизвестная дама, представившись членом "летучего отряда" партии эсеров, в доме губернатора Столыпина, на пересечении нынешних ул.Вольской и Мичурина, выстрелами в упор дерзко убила генерал-адъютанта В.В. Сахарова, который был командирован Государем Императором усмирять саратовское и пензенское революционное крестьянство.

Женщину тут же схватили и осудили в Саратове по законам военного времени. И лишь перед отправлением на "вечную каторгу" террористка раскрыла себя – Анастасия Биценко. В 1917 ее досрочно освободили и назначили на ответственные государственные посты. А в 1938 – расстреляли с тем, чтобы затем реабилитировать в годы "оттепели"…

Сегодня мы поразмышляем, как же так случилось, что Сахаров был так дерзко убит среди бела дня и в охраняемых покоях самого Столыпина? А также, каковы судьбы основных участников описанных событий и семьи генерал-адъютанта.

Память об убиенном Сахарове некоторое время поддерживалась в военной среде. Через год после убийства, 21 ноября 1906 издание "Русский Инвалид" оповестило, что "въ среду, 22-го сего ноября, въ годовой день кончины генералъ-адъютанта Виктора Викторовича САХАРОВА въ Церкви генеральнаго и главнаго штаба имеетъ быть совершена заупокойная литургія, а после нея панихида" (1).

Отметим, что данная публикация появилась вследствие отдельного прошения Генерального штаба с пометкой "срочно", которое 14 ноября было направлено в редакцию "Русского Инвалида" (2). Через день издание вышло с отчетом о состоявшейся панихиде: "В среду, 22-го сего ноября, в годовщину смерти генерал-адъютанта Сахарова, бывшего начальником главного штаба и затем военным министром, совершена заупокойная литургия, а после нее панихида. На богослужении присутствовали: начальник генерального штаба, чины главного штаба с начальником главного штаба во главе, начальник Николаевской академии генерального штаба, генералы: Винберг, Фрезе и другие" (3).

Но все же предлагаем взглянуть на описанные события комплексно, с учетом исторического момента. Неужели вот так просто, села на поезд, будучи в розыске, приехала в Саратов, пришла и убила? Почему не Столыпина, которого максималисты называли "душителем революции" (он работал с бумагами буквально через дверь), не какого-нибудь другого чиновника, коих в губернии было великое множество? Убила человека, который к 22 ноября уже выполнил все поставленные задачи: сделал это бескровно и готовился на днях возвращаться домой, к семье? Сахаров не командовал войсками, обладал точечными, ограниченными по времени полномочиями "от имени Государя Императора" (4) и, по сути, не играл особой роли в подавлении революции. Он договаривался.

Вот и нам показалось, что не все так однозначно.

Виктор Сахаров успел побыть Военным министром немногим более года, с 11 марта 1904 по 21 июня 1905. Что же пришлось на его служение? Разгар неудачной Русско-Японской войны, драматическая трилогия "Порт-Артур – Мукден – Цусима".

Так, 27 января 1905 наша армия потерпела поражение при Порт-Артуре; в феврале 1905 года японцы заставили русских отступить в генеральном сражении при Мукдене, а 14-15 мая в Цусимской битве нанесли поражение эскадре, переброшенной на Дальний Восток с Балтики. Как известно из классической исторической науки, "в результате поражений в этой войне с начала января 1905 года в России возникла и развивалась революционная ситуация". Иными словами, при министре Сахарове российская армия, обнаружив существенные структурные внутренние проблемы, фактически осталась ни с чем. При том, что сам Сахаров вступил в должность лишь через два месяца после начала этой "маленькой победоносной войны", т.е. уже на вызревшие глубинные армейские проблемы.

Из тома 2 воспоминаний Премьера С.Ю. Витте о министре внутренних дел В.К. Плеве: "Когда Куропаткин покинул пост военного министра и поручение ему командования армией еще не было решено, он упрекал Плеве, что он, Плеве, был только один из министров, который эту войну желал и примкнул к банде политических аферистов. Плеве, уходя, сказал ему: "Алексей Николаевич, вы внутреннего положения России не знаете. Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война".

К слову сказать, эта крылатая цитата впервые появилась не в мемуарах Сергея Юльевича, а в изданной Сытиным в 1911 книге А. Морского "Исход российской революции 1905 года и правительство Носаря" (5):

Кстати, через пару месяцев, 15 июля 1904, г-н Плеве был убит бомбистом Сазоновым.

До Виктора Викторовича, с 1898 по март 1904, Военным министром Российской Империи был А.Н. Куропаткин. Именно при нем Россия вступила в конфликт с восточным соседом. Но в феврале 1905, через полтора месяца после начала противостояния с Японией, он вдруг "самоудаляется" и … уступает пост Сахарову, а сам идет на "понижение" и становится просто командующим "всеми вооруженными силами, действующими против японской армии" (а затем – 1-й Маньчжурской армии). В 1906 году, хронологически уже после смерти В.В. Сахарова, назначается членом Государственного совета, хотя он и ранее, еще будучи министром, участвовал в его заседаниях. В Первую мировую, с 1916 года, стал главнокомандующим армиями Северного фронта.

С февраля по май 1905 российская армия медленно, но верно фиксировала "точку невозврата", неизбежно поставленную Портсмутским миром в августе того же года. К тому времени окончательно иссякла патриотическая бравада, а новостей с фронтов почти не было.

Виновником всех бед В.В. Сахарова, конечно, не объявили, но в силу занимаемой в тот момент должности он неизбежно нес моральную и юридическую ответственность за все произошедшее. В основном, за чужие ошибки.

Исследователь тех лет Г.Д. Дементьев, анализируя экономическую составляющую русско-японской войны, отмечает, что прямые расходы царского Министерства финансов на войну составили 2,347 млрд рублей. Половину этих денег – миллиард с четвертью рублей – в 1904–1905 годах Россия получила в виде внешних и внутренних займов. За 20 месяцев войны госдолг Российской империи вырос на треть. Разогналась инфляция, за счет выпуска не обеспеченных золотом банкнот на 204 млн рублей, а 16 декабря 1905 года российский император подписал секретный указ о выпуске еще 150 млн, без золотого содержания. В ноябре-декабре 1905 года золотой запас империи уменьшился на 20%. В провинции перестали менять бумажные купюры на золото. Вкладчики поддались панике и начали выкачивать из российских банков ликвидность. Многие провинциальные банкирские дома лопнули, вкладчики получили 15-20 копеек на вложенный рубль. А государственные сберкассы едва устояли, хотя и лишились 398 тыс. клиентов и 148,6 млн депозитов. И так далее… (6)

Более того, генерал Сахаров стал невольным свидетелем масштабной коррупции в армии, укоренившейся задолго до его прихода, и которая крепко продолжилась, подпитываемая "старой гвардией Куропаткина". В прессе тех лет то и дело гремели скандалы о хищениях в тылу. Например, молодой журналист Филипп Купчинский в газете "Русь" периодически публиковал антикоррупционные расследования.

Наибольший интерес в изучении преступлений в системе тылового обеспечения вызывает деятельность генералов К.П. Губера, И.П. Надарова, П.А. Парчевского и Фëдорова. Существенную роль в их разоблачении сыграла пресса, в частности уже упомянутый нами военный корреспондент Купчинский. Опубликовав в газетах несколько статей, он смог уведомить российскую общественность о неоправданно высоких расходах на тыловое обеспечение армии, о сознательно завышенных закупочных ценах и о поступлении в войска довольствия низкого качества.

Больше всего нареканий звучало в адрес помощника начальника Главного интендантского управления К.П. Губера. Bо время русско-японской войны он занимал пост главного полевого интенданта, связывавший между собой тыл и войска. Поэтому его делали зачастую без вины виноватым чуть ли не во всех происшествиях, связанных со снабжением. Особенно репутация К.П. Губера пострадала после расследования закупки консервов, которая обошлась казне на 55 233 рубля дороже их реальной стоимости (7). Данная переплата возникла в результате того, что консервы приобретались через посредника, а не напрямую от поставщика, предлагавшего незадолго до этого свой товар полевому интендантскому управлению. Получив отказ, поставщик продал консервы, известному среди тыловиков, предпринимателю Bерещагину. Tот, в свою очередь, является в интендантское управление и реализует консервы, но дороже их первоначальной стоимости. Губеру пришлось признать себя виновным в растрате и объяснять свои действия тем, что он не был осведомлен подчиненными по данному вопросу.

Помимо К.П. Губера в незаконном расходовании государственных средств обвинялся и Степной генерал-губернатор И.П. Надаров, возглавлявший во время войны военно-окружное управление, переименованное впоследствии в управление тыла маньчжурской армии. Большую известность деятельность И.П. Надарова получила после публикации в газете "Tоварищ" заметки о полумиллионной недостаче казенных денег, выделенных на закупку пшеницы. Сообщник И.П. Надарова – генерал-майор П.А. Парчевский, благодаря публикациям в газетах, сыскал ещë большую "славу". Получив весной 1905 года назначение на должность интенданта тыла, Парчевский совершает невыгодные для государства сделки, в результате которых казна терпит большие убытки (8). Это лишь малая часть из гремевших в то время военно-коррупционных скандалов.

Следует отметить, что Сахаров выступал последовательным противником заключения мира с Японией. Так, в секретном письме от 18.06.1905 на имя С.Ю. Витте он весьма категорично заявляет, что "для России заключение мира невозможно, т.к. нельзя допустить, чтобы Россия признала себя побежденной Японией (…) Корея подлежит возвращению России (…) Китайская железнодорожная "магистраль должна безусловно оставаться в руках русской компании" (…) "Вопросы об уступке какой-либо части русской территории в районе Приморской Области и на Сахалине, об уплате контрибуции и о оттеснении наших прав на Тихом Океане, по моему мнению, не подлежали бы вовсе рассмотрению, как неприемлемые Россией". Далее Виктор Викторович подробно анализирует соотношение численности и оснащенности русской и японской армий (9).

Однако история показывает, что позиции "противников заключения мировых соглашений с врагом" не всегда разделяются теми или иными "пацифистскими" группировками, суетящимися возле трона. Поэтому не исключено, что Сахаров и по этому вопросу мог перейти дорогу "сильным мира сего" (мир с Японией в итоге был заключен, и, как известно, на крайне невыгодных для Российской Империи условиях).

Русский писатель и участник археологических экспедиций С.Р. Минцов, находясь в Санкт-Петербурге, описал причины случившейся трагедии в своих мемуарах: "23 ноября. Убит в Саратове генерал-адъютант Сахаров, посланный для усмирения аграрщины (…) Положение сильно напряженное… живем точно на пороховом погребе. И весь сыр-бор горит из-за одного человека, упорно не понимающего положения вещей! Из министров – вреднейший Дурново: все распоряжения, все действия его уничтожают по частям манифест 17 октября. Кой черт может тогда успокоиться и "верить" такому правительству?.. Больше месяца прошло с объявления свободы, и что же? – собрания по-прежнему начинают разгонять, председателей и делегатов арестовывают, высылки из города продолжаются. Общество сильно винит Витте и право: если нельзя сломить дворцовую камарилью, то надо уйти прочь, не тянуть волокиты, чтоб общество ясно увидело, с чем имеет дело и приняло соответствующие меры" (10).

Прямая речь из ранее уже цитированных воспоминаний С.Ю. Витте: "Военный министр, покойный Сахаров, оказался не вполне сговорчивым, а потому он ушел с поста военного министра и на его место был назначен Редигер, которого Великий Князь считал более сговорчивым". 21 июня 1905 г. Указом Императора Правительствующему Сенату отставка Сахарова была принята (11):

По воспоминаниям Редигера, который сменил Виктора Викторовича на посту военного министра, уходя в отставку, Сахаров просил не давать ему никакого назначения, т.к. ему было достаточно того, что он генерал-адъютант (12). С июня по октябрь 1905 генерала действительно оставили в покое, однако затем Родина его снова призвала. И через полтора месяца – похоронила.

В чем же генерал Сахаров был настолько "несговорчивым"?

В литературе того времени описывается, например, такая ситуация: "Подряды нередко сдаются по высоким ценам, выдаются авансы поставщикам без обеспечения, как это полагается, процентными бумагами (…) Недавно (…) было (…) дело бывшего военного министра Сахарова, который выдал одному французскому заводу аванс в 700 тыс. руб. без всякого обеспечения. Это было во время войны с Японией, и, если не ошибаюсь, заказывались панцири для солдат, но завод оказался неисправным, и с него ничего нельзя взыскать; так 700 тыс. и пропали" (13).

В мае 1905 Виктор Викторович уже пытается донести до руководства свое желание уйти в отставку, которое было удовлетворено Императором лишь 21 июня. Уже через день "Московские ведомости" внезапно сообщают о неких предстоящих "новых военных реформах". Оказывается, 5 мая вел.кн. Николай Николаевич (который выше назвал Сахарова "несговорчивым") направил на имя Императора Рескрипт об учреждении "Постоянного Совета государственной обороны". Газета отмечает: "Все, что предшествовало началу нынешней войны, и что отразилось и не результатах, и на отдельных явлениях этой тяжелой борьбы, – ясно указывало на полное отсутствие какого-либо согласия между отдельными функциями исполнительной власти, то есть между высшими Военным и Морским управлениями и другими правительственными учреждениями, прикосновенными к вопросу о боевой готовности и о нынешней безопасности Империи. Новый Совет обязан прежде всего исправлять эту ошибку, то есть внести полнейшую согласованность в работу перечисленных учреждений, касающихся государственной обороны. Та же борьба с Японией отметила целый ряд и других промахов с нашей стороны, – промахов, обнаруживших, что самое развитие вооруженных сил Империи далеко не отвечало ни государственным потребностям, ни средствам, имеющимся в распоряжении Русского Государства". Данное обстоятельство лишь подтверждает наличие глубоких и системных проблем в военном ведомстве (14).

Сахаров добровольно ушел с поста министра и, будучи уже пожилым человеком, погрузился в атмосферу заслуженного отдыха. Однако четыре месяца спустя Император Николай II внезапно отлучает его от семьи и в конце октября 1905 добровольно-принудительно направляет на успокоение саратовских и пензенских крестьян-громил, устраивавших массовые революционные беспорядки. Центр не хотел провоцировать население новостями об армейском подавлении мятежей, в связи с чем было принято решение сделать это ненавязчиво, посредством человека, фактически прекратившего службу в Военном министерстве, но при этом обладавшего требуемым авторитетом и чрезвычайными временными полномочиями.

Так генерал-адъютант Сахаров, всего лишь 3 месяца назад возглавлявший военное ведомство, и попадает в Саратов, где через 17 дней его жизнь фатально оборвется…

Как же складывалась судьба самой Анастасия Биценко до роковой встречи с Виктором Сахаровым в саратовском столыпинском доме? К ноябрю 1905 она уже была популярной в "узких кругах" личностью. С интересной и полной необъяснимых удач преступной биографией.

Оказывается, дама ранее уже была знакома с нашим городом. Так, в феврале 1901 в Москве произошли студенческие волнения, активной участницей которых, среди 43-х женщин, была и она. В результате с 28 марта ей было запрещено на 2 года проживать в столицах и крупных городах. Была сослана в Саратов, о чем начальник Московского охранного отделения С.В. Зубатов в мае вынес постановление и направил его губернатору Борису Мещерскому. Девушке был вручен пропуск и взята соответствующая подписка. Убыла (15). Сведений о ее пребывании в нашем городе в указанный промежуток времени не сохранилось.

В январе 1902, в результате объединения некоторых кружков, была создана партия социалистов-революционеров, одним из важнейших центров которой стал именно Саратов (в котором Биценко в тот момент и находилась). В 1902 она вступает в эту партию и уже в феврале 1904 "привлекается к дознанию" по делу революционерки Серафимы Клитчоглу, обвинявшейся в организации покушения на самого министра внутренних дел Плеве. Из следственного дела мы узнаем, что с января по декабрь 1904 она даже содержалась под стражей (16). Однако 23 декабря данное дело было внезапно прекращено постановлением Санкт-Петербургского губернского совещания. И Биценко отпустили.

По воспоминаниям самой Анастасии, в конце 1903 и в начале 1904 гг. у нее состоялись "две коротеньких встречи с Максимом Горьким" в Москве, которые были "связаны с добыванием средств для боевой организации партии социалистов-революционеров" (т.е. по сути – на теракты). Во время первой встречи "буревестник революции" передал ей от 5 до 10 тысяч рублей, а затем и еще "две с половиной тыщи" (17).

Спустя несколько месяцев Анастасия очутилась в Смоленском гарнизоне, где проводила активную революционную пропаганду среди солдат. Была задержана и снова изолирована. 4 марта 1905 г. генерал Громыко телеграммой сообщает начальнику Департамента полиции о прекращении преследования Биценко и по данному делу (18). С 1 февраля 1906 она была сослана в Вологду под "гласный надзор полиции".

Однако из другого архивного дела мы узнаем, что в апреле 1905 загадочная дама беспрепятственно сбежала оттуда в неизвестном направлении, о чем начальник Вологодского губернского жандармского управления 13 мая составил "Розыскную ведомость", которая была незамедлительно разослана в центр и по всем губерниям (19). В этой ведомости он прямо пишет: "скрылась неизвестно куда" (20):

В июле 1905 вологодские полицейские составили "Розыскной циркуляр" №8961, повторно разосланный в те же адреса. В нем интересны приметы беглянки за полгода до убийства Сахарова: "29 лет, роста 2 арш. 4 в., волосы темно-русые, глаза темно-серые, нос небольшой, прямой, рот умеренный, во рту недостает одного клыка, подбородок круглый, лицо овальное, на правой кисти, на шее, на правой лопатке, на правом боку и на правом бедре – родинки. По обнаружении обыскать, арестовать и препроводить в распоряжение Вологодского Губернатора, уведомив о сем Департамент полиции" (21).

Тем более загадочными выглядят комичные бюрократические мытарства саратовских властей и центральных ведомств, которые полгода не могли определить имя преступницы. Как мы видели, ее и судили, как безымянную, пока она сама себя добровольно не назвала после приговора. А затем и в саратовской тюрьме будто неведомая сила пыталась помочь заключенной: начинаются волнения. Охранник ее камеры внезапно умирает на рабочем месте, а под тюрьмой вдруг обнаруживается подкоп с внешней стороны здания.

И смертную казнь вдруг заменяют каторгой.

Довольно странно, что спецпосланник Императора находился в особняке Петра Аркадьевича без охраны, учитывая, во-первых, небывалый разгул революционного движения и, во-вторых, что за 4 дня до убийства некий Бакшанов в центре Саратова кидал бомбу в вице-губернатора Кнолля (их с Биценко судили в одном заседании, эту историю мы вскоре поведаем).

Может создаться впечатление, что "несговорчивому" Сахарову, невольному свидетелю воровства и коррупции в царском военном ведомстве времен русско-японской войны и настолько же невольному носителю чужих щекотливых секретов, просто не дали отойти от дел. Может статься, что Настя Биценко не заурядная фатальная персона: будучи в уголовном розыске, она беспрепятственно прибыла в Саратов поездом из Москвы и наведалась в гости к бывшему военному министру, волею случая не обеспеченному охраной в доме губернатора Столыпина.

Таковы факты, а о выводах спустя 120 лет судить довольно сложно.

Как мы увидели, в период с ноября 1905 по апрель 1906 Саратовская земля стала местом пересечения судеб многих людей, так или иначе связанных с убийством генерал-адъютанта Сахарова. Будущее террористки Насти Биценко нам уже известно, однако как же сложилось в дальнейшем у многих других – чиновников, правоохранителей, политиков, – упомянутых в нашем рассказе? На их примере отчетливо проступает тяжелая эпоха перелома, павшая на Россию в кровавый рубеж XIX-XX столетий:

• Петр Столыпин, в особняке которого на ул.Вольской в Саратове все случилось, в апреле 1906 покинул наш город и был назначен министром внутренних дел, а в июле того же года стал Председателем Совета министров. Пережил ряд покушений и в итоге 14 сентября 1911 был убит в киевском городском театре анархистом-коммунистом-террористом Дмитрием Богровым (который оказался еще и секретным сотрудником охранки).

• Премьер С.Ю. Витте в апреле 1906 вышел в отставку, пережил покушение и почил в феврале 1915 от менингита.

• Министр внутренних дел П.Н. Дурново в апреле 1906 стал членом Государственного совета, активно участвовал в политических делах. Скончался в сентябре 1915 в Петрограде.

• Предшественник В.В. Сахарова на посту военного министра А.Н. Куропаткин после революции поселился в Псковской области, где преподавал в основанной им сельской школе и заведовал Наговской волостной библиотекой в селе Шешурино. Умер в январе 1925 в своей кровати.

• А.Ф. Редигер, возглавивший военное ведомство поле Сахарова, покинул революционный Петроград, поселился в Севастополе, где и отошел в мир иной от болезни в январе 1920.

• Генерал-адъютант К.К. Максимович, прибывший в Саратов на смену убитому Сахарову, в марте 1917 был лишен всех званий и эмигрировал за границу (по другим данным – расстрелян большевиками). Точных сведений нет до сих пор.

• Капитан П.И. Суковкин, командированный в Саратовскую губернию в свите генерал-адъютанта Сахарова и находившийся рядом с ним во время убийства, в октябре 1917 уволился с военной службы, эмигрировал в Польшу и обрел вечный приют в г.Остров Волынской губернии.

• Полковник А.К. Фрейман, также состоявший в "саратовской" команде Сахарова, принял итоги революции. С 25.05.1917 назначен исполняющим должность генерала для поручений при Главном начальнике снабжений армий Северного фронта (на конец ноября 1917 состоял в указанной должности) (22). В 1918 добровольно вступил в РККА: служил в организационном управлении Всероглавштаба (1918-1919), был включен в списки Генштаба РККА от 15.07.1919 и 07.08.1920. Осенью-зимой 1919 подозревался органами ВЧК в связях с подпольной антисоветской военной организацией "Национального центра". Вероятно, также был расстрелян советской властью.

• Начальник Саратовского охранного отделения, ротмистр Н.Д. Федоров, расследовавший дело об убийстве В.В. Сахарова, будучи 36 лет от роду, в 12 августа 1906 был убит на Аптекарском острове в Петербурге (куда ушел на повышение) по время покушения на П.А. Столыпина террористами из организации "Союз социалистов-революционеров-максималистов" (23).

• Председательствующий на процессе Временного военного суда М.И. Толубаев продолжил судебную карьеру: 31.08.1918 был назначен председателем кассационного присутствия Главного военного суда Народной армии Самарского Комуча. В 1919 – член Главного судебного управления в армии адмирала А.В. Колчака. Остался в Советской России. В феврале 1920 был уволен учетно-пересыльной частью Иркутского губернского военного комиссариата в отставку за достижением 40 лет службы с выездом в Казань. Содержался в концлагере для военнопленных. После взятия г.Омска войсками РККА и окончания колчаковского режима, по приговору военно-революционного трибунала 5-й армии (или Омской губЧК – источники различаются в деталях процедуры) был расстрелян большевиками в мае того же года.

• Командующий войсками Казанским военным округом И.А. Карасс после назначения членом Военного совета предпочел не продолжать службу и вышел в отставку по прошению 24 сентября 1907 года. Ему были сохранены военный мундир и пенсия. Карасс скончался в Москве 3 июня 1910 года.

• Довольно интересно сложилась судьба прокурора Саратовской судебной палаты А.А. Макарова. В апреле 1906 он стал старшим председателем Харьковской судебной палаты. Уже 18 мая 1906 Столыпин, знавший его по совместной службе в Саратове, пригласил на работу товарищем министра внутренних дел, где он руководил полицейской частью. Позднее Макаров стал членом Госсовета, был министром внутренних дел (с сентября 1911 по декабрь 1912, после убийства П.А. Столыпина), а в 1916 стал министром юстиции и генерал-прокурором. Однако после Февральской революции был арестован и помещен в Петропавловскую крепость. Накануне Октябрьского переворота супруга добилась освобождения его под большой залог. Однако вскоре после этого он был вновь арестован большевиками и расстрелян в феврале 1919 года.

• Не менее захватывающей оказалась и карьера саратовского адвоката А.М. Масленникова, защищавшего Биценко на суде. С началом Гражданской войны он организовал подпольную организацию, отправлявшую офицеров в Добровольческую армию (где и находился сам с сентября 1918). Затем подался в эмиграцию: жил в Берлине, принимал участие в организации местного Русского парламентского комитета (1920). Затем с либеральных позиций перешел на монархические и участвовал в политических съездах. Позднее переехал в Париж. С 1935 года входил в правление Союза русских адвокатов за границей, а затем стал его почетным членом. Выступал с докладами в Союзе русских адвокатов и в обществе "Свободная трибуна в эмиграции". В 1940-е был членом приходского совета храма Воскресения Христова в Медоне. Скончался в 1950 году в Париже, где и был похоронен на Новом кладбище Медона.

• Второй присяжный поверенный, защищавший Анастастию Биценко на процессе, – А.А. Токарский (которого позднее Биценко, выступая перед товарищами, ошибочно назвала "Татарским"): 17 апреля 1906 был избран в Государственную думу I созыва от съезда городских избирателей и вошел в Кадетскую фракцию. После Февральской революции 1917 вошел в губернский исполнительный комитет, как представитель общественных организаций, позднее – гласный Саратовской городской думы и член судебной палаты. В марте 1917 на губернском съезде временных исполнительных комитетов был избран председателем губернского исполнительного комитета, но уже летом сложил полномочия. В июле 1917 приказом Министерства юстиции Временного правительства "определен на службу членом Саратовской Судебной Палаты", но из-за болезни к обязанностям не приступил. Выдвинут кандидатом в депутаты Учредительного собрания по Саратовскому округу (стал "народным социалистом"). Умер 16.10.1917 от болезни в Саратове, не дожив буквально десяти дней до революции и радикальной "смены вех".

• Реввоенюрист В.В. Ульрих, приговоривший к "высшей мере" более 30 тыс. людей и, в частности, товарища по партии Анастасию Биценко, в 1948 решением Политбюро снят с поста председателя Военной коллегии и заместителя председателя Верховного Суда СССР за недостатки в работе, в частности, за "факты злоупотреблений служебным положением некоторыми членами Верховного Суда СССР и работниками его аппарата" (24) и назначен руководителем Высших военно-юридических курсов при Военно-юридической академии. Умер в 1951 году от инсульта и похоронен на Новодевичьем кладбище.

• Государь Император Николай II, с прочтения дневника которого зародилось настоящее исследование, как известно, был зверски убит группой большевиков вместе с семьей в ночь с 16 на 17 июля 1918 в Екатеринбурге.

На этом фото (примерно 1900 года) изображены супруга Елена Михайловна и все трое детей Сахарова, о которых мы узнаем из Послужного списка генерал-адъютанта (25):

По-разному сложились судьбы жены и детей Виктора Викторовича. Вдова генерала Елена Михайловна Сахарова умерла в 1918 году в Новгороде.

Младшая дочь Виктора Викторовича Елена (1894-1989) вышла замуж в 1914 году. Родила двоих детей и в 1919 году эмигрировала с семьей во Францию, где в настоящее время проживают трое ее внуков.

Сын Сахарова Илья в 1931 году был арестован за активное участие в контрреволюционной деятельности ряда офицерских группировок г.Ленинграда, по так называемому делу бывших военспецов "Весна", впоследствии переросшее в печально известное дело "Промпартии", и приговорен к расстрелу (по ч.2 ст.58 УК СССР). Во время ареста проживал в г.Ленинграде, ул.Кирочная, д.12, кв.16. Приговор в отношении "сына генерала, холостого, беспартийного, актера драмы" был исполнен через неделю после вынесения, 28 апреля 1931 года (26). Илья Викторович был реабилитирован в 1989 году.

Нам удалось разыскать и связаться с правнуком В.В. Сахарова – Алексеем Владимировичем Говядиновым, который любезно поделился фотографиями из семейного архива и консультировал нас на протяжении всей работы (снимки публикуются впервые). Выражаем Алексею самые глубокие чувства признательности и слова благодарности.

На первой фотографии уже подросшие дети Сахарова: стоит Илья, сидят слева Елена, справа Софья, между ними будущий муж Софьи – Михаил Яковлевич Тулубьев:

На второй – Софья с супругом:

На этом снимке – Софья с детьми: Виктором, Ириной и Софией:

На четвертом – Софья Викторовна с внуком Алексеем Говядиновым:

Алексей Владимирович делится семейными историями: "Старшая дочь Софья (моя бабушка) в 1915 году вышла замуж за потомственного дворянина Михаила Яковлевича Тулубьева (умер в 1928 г.) и родила троих детей. В 1931 году была арестована по обвинению в переписке с заграницей и лишена права проживания в Москве, Ленинграде, Харькове, Киеве, Одессе, Ростове-на-Дону сроком на 3 года. В 1938 году вновь была арестована и за контрреволюционную деятельность приговорена к 10 годам исправительно-трудового лагеря. Была досрочно освобождена в 1943 году по инвалидности. Реабилитирована в 1955 году. Умерла в 1966 году.

Ее старшая дочь, моя мама Ирина Михайловна (1916-2003), долгие годы работала преподавателем английского языка в разных учреждениях. В 1931 году вышла замуж за Говядинова Владимира Алексеевича (1911-1998), потомка древнего купеческого рода из г. Кашина. Он большую часть своей жизни проработал в системе Министерства радиопромышленности СССР, в т.ч. и в его руководящих органах" (27).

На фото – сам Алексей Говядинов, правнук убиенного Виктора Сахарова:

Описанные события не являются настолько абстрактными и далекими, насколько может показаться на первый взгляд. Связь времен и поколений струится сквозь архивы, разбросанные и закопанные по всей России. Но мы довольно усердно их откапывали, в прямом смысле через физические недуги, бюрократические препоны, метели и ливни, чтобы зафиксировать здесь навсегда. Тем более, что живы наследники Виктора Сахарова.

Это все случилось каких-то 120 лет назад в Саратове. Матрица произошедшего впитала в себя глубину исторической трагедии, в которую погрузилась наша страна на рубеже веков. По словам Марка Аврелия: "Жизнь – это пепел, зола… и еще рассказ". Остается надеяться, что наш наконец завершенный рассказ прольет свет знания и обнажит кричащий драматизм истории.

#забытыйсаратов #биценко #сахаров

Источники:

1. Русский инвалид. 1906, 21 ноя. №253. С.6;
2. РГВИА. Ф.400. Оп.21. Д.3459. Л.33;
3. Русский инвалид. 1906, 23 ноя. №254. С.3;
4. РГВИА. Ф.409. Оп.2. П/С 362-400. Д.39103. Л.11 об;
5. Морской А. Исход российской революции 1905 года и правительство Носаря. М., 1911. С.19;
6. Дементьев, Г.Д. Во что обошлась нашему государственному казначейству война с Японией: Статистическое исследование, составленное по отчетам Государственного контроля об исполнении росписей и финансовых смет доходов и расходов и по сведениям Министерства финансов / Г.Д. Дементьев. – Петроград: тип. В.Ф. Киршбаума, 1917;
7. Купчинский Ф.П. Герои тыла / Ф.П. Купчинский. – СПб.: Молодая мысль, 1908. С.121;
8. Тонкий Н.В. Преступления в тыловом обеспечении русской армии в период русско-японской войны // Наука и современность – 2010: сборник материалов V Международной научно-практической конференции: в 2-х частях. Часть 1. Новосибирск, 2010. С. 171-172;
9. РГИА. Ф.1622. Оп.1. Д.252. Л.Л. 1-4;
10. Минцов С.Р. Петербург в 1903-1910 годах. – М.: Директ-Медиа, 2025. С.241-242;
11. РГВИА. Ф.1. Оп.1. Д.66978. Л.7;
12. Редигер А.Ф. История моей жизни: воспоминания военного министра в 2 т. Т. 1. М., 1999. С. 406, 407;
13. Озеров И.Х. Как расходуются в России народные деньги? – М.: Типография А.П. Поплавского, 1907. С.114;
14. Московские ведомости. 1905. 24 июня. №170. С.1;
15. ГА РФ. Ф.63. Оп.21. Д.236. Л.7, 8, 13;
16. ГА РФ. Ф.102, Д.3. Оп.1904. Д.3458. Л.7;
17. Биценко А.А. Две встречи с Горьким // Каторга и ссылка. Историко-революционный вестник. 1928. №4 (Книга №41). С.64-65;
18. ГА РФ. Ф.102, Д.7. Оп.1904. Д.1789ч.4. Л.5;
19. ГА РФ. Ф.102. Оп.233а. Д.6ч.708. Л.6;
20. ГА РФ. Ф.63. Оп.21. Д.236. Л.28;
21. ГА РФ. Ф.102. Оп.233а. Д.6ч.708. Л.6;
22. РГВИА. Ф.409. Оп.1. Д.65038. Л.Л. 2, 4;
23. Саратовские губернские ведомости. 1906, 17 авг. №62. С.3;
24. Коммерсантъ Власть. 2008. №31. С.54;
25. РГВИА. Ф.409. Оп.2. П/С 362-400. Д.39103. Л.9;
26. ЦА ФСБ. Д. П-78153. Л.363;
27. Говядинов А.В. "Я прислан сюда Государем Императором". Военный министр Российской империи В.В. Сахаров // Военно-исторический журнал. 2020. №1. С.86.

Подпишитесь на канал "ИА "Взгляд-инфо". Новости Саратова" в MAX

Новости "Взгляда" доступны и в канале Дзена

Подпишитесь на телеграм-канал "ИА "Взгляд-инфо". Вне формата": заходите - будет интересно

Вы можете прислать сообщения, фото и видео в наш телеграм-бот @Vz_feedbot